– Первое время я немного напрягался. Особенно когда она затопила квартиру… – он хмыкнул, – но все оказалось хорошо. Я вот сейчас думаю, как я жил один до этого? Засыпать в обнимку, смотреть фильмы… А на счет носков, она, представляешь, кидает свои рядом с моими где бы я ни кинул. И в итоге в какой-то момент весь пол был в носках, и мне пришлось их кидать в стиралку сразу. Единственно что: ее волосы везде, на моей расческе, потому что она свою постоянно теряет, в ванной, по углам на полу, в кровати. Я даже их в своих трусах находил. Вот смотришь, вроде волос у нее на голове много, и у меня возник вопрос: как при таком выпадении, девушки еще лысыми не стали?
Дима заржал, словно конь и похлопал друга по плечу. А Ари не шутил, он говорил как есть.
Артур достал протеиновый коктейль и бутерброды, что приготовила ему Кира и сунула в сумку.
– Ооо, это ведь она приготовила? – воскликнул Дима. Глаза его загорелись. – Сделанные с любовью от девушки… Завидую тебе. Блин. А мне даже мама не делает бутеры.
Губы Ари дрогнули в улыбке.
– Хочешь?
– Ты серьезно? – лицо Димы просветлело.
С трудом сдерживая ехидную улыбочку, Ари протянул ему один из бутербродов.
Дима развернул пергамент и вгрызся в булку. Друга бросило в жар и он разом покраснел.
Ари увидел на его лице сменяющуюся гамму чувств: от радости, непонимания, до отвращения.
Дима выплюнул то, что откусил и, отщелкнув крышку у бутылки, отпил воды.
– Что это? – прохрипел он. Ари пожал плечами. – Что она такого добавила? Такое чувство, что она нафигачила горчицы или перца.
– Я не знаю. Даже имея стандартные ингредиенты как сыр, хлеб и масло, Кира умудряется сделать из съедобного, не съедобное.
Дима, смяв обертку, прицелился и кинул неудавшийся бутерброд в большое мусорное ведро в углу.
– Так скажи ей, чтобы не переводила продукты. Или отправь ее на какие-нибудь кулинарные курсы.
– Надо… А на счет официального, как ты выразился, знакомства… Она сегодня сдаст экзамен и, я думаю, будет заходить к нам сюда.
Дима хмыкнул и, уложив вещи в спортивную сумку, встал. Он пристально посмотрел на Ари и проговорил:
– Я сегодня подслушал, что тренер говорил по телефону с кем-то на счет боя и фигурировало твое имя. Так что, возможно, в скором времени тебе назначат бой.
Ари кивнул и невольно бросил взгляд на правую руку. Она уже не болела, но после спарринга с Димой, он чувствовал в ней неприятное напряжение.
***
– Ало! Мама?
– Кира! Что-то случилось?
– Я поступила на бюджет на художественный факультет! – прокричала Кира в трубку и раздулась, словно индюк.
– Да? – мама замялась и, прочистив горло, продолжила: – Молодец… Как Артур?
– Да все хорошо. Ему назначили бой через месяц. Так что он весь в тренировках.
– Ты ходила в больницу?
– Мама, – вздохнула в трубку Кира. Она ждала Ари и выискивала его глазами в толпе. – Перестань.
– Кира, пожалуйста. Раз ты уже в Москве. Сходи на консультацию к столичным докторам…
Девушка махнула Ари, что вышел из станции метро.
– Да что они мне скажут нового? Я столько обследований уже прошла… Ладно, мам. Мне пора. Я еще сегодня позвоню, – Кира бросила трубку и судорожно выдохнула.
Она понимала, почему мама просит сходить к докторам. Она просто еще не потеряла надежду. Но Кира словно переродилась, уехав из родного города. Она чувствовала себя даже лучше чем отлично! Погибшая надежда, что ее диагноз – ошибка, восстала из пепла, словно феникс. Кира понимала, что это абсурдно, но ничего не могла поделать с собой. И не шла она к столичному доктору только потому, что боялась снова услышать, что больна.
А пока она жила, у нее ничего не болело, и она не хотела это менять.
Ари заметил Киру в нежно розовом платье, с том самом в котором увидел ее в первый раз в клубе. Юбка развивалась на ветру. Юноша ускорил шаг.
Кира широко улыбалась и Ари все понял. Он бросил сумку, подхватил ее и закружил.
– Поступила?
– Да! – Кира залилась смехом.
Ари догадывался, что она поступит и подготовил подарок. Честно говоря, он купил их еще в первые дни после возвращения из Севастополя, после прочтения ее списка, но не было повода их подарить. Он достал из сумки пару билетов и протянул Кире.
– В честь поступления.
Девушка заинтересованно взяла билеты и пригляделась. Это были билеты на концерт Рианны.
Кира завизжала, затопала и снова бросилась ему в объятия.
***
В понедельник у нее был выходной и, нанеся набросок заката, Кира задумчиво посмотрела в окно.
Теперь она понимала Ари, ей тоже здесь не хватало моря, свежего бриза на щеках. Да и лето было в самом разгаре, но температура не поднималась выше двадцати шести градусов. К удивлению Киры она скучала по изнуряющей жаре Севастополя.
Из окна повеяло прохладой. Кира привстала и перегнулась через стол, чтобы прикрыть окно. Стакан с сухими кисточками, задетый рукой Киры, упал на пол.
Кира присела, собрала кисточки, разлетевшиеся по полу. Одна закатилась под разложенный диван. Девушка подсунула руку под него и по наитию пыталась найти кисточку, как рука наткнулась на что-то.
Заинтересованно она вытащила черную папку. Она была тяжелой и полной бумаги.
