Кэт какое-то время смотрела на него. Потом с притворным спокойствием спросила:
– Вы абсолютно уверены, что так все и было, да?
– Да. В швах матраса, кроме крови и волос, обнаружена земля. И очевидно, что внутри коляску чистили.
– Вы предполагаете, – сказала Кэт, которая во всем любила ясность, какие бы неприятные или тягостные открытия она ни приносила, – что после смерти девочки убийца затолкал ее тело в коляску, с невинным видом выкатил ее из дома, выкопал где-то яму и затем вынул тело, чтобы похоронить, и при этом с его рук в коляску насыпалась земля. Так?
– Примерно.
– У вас есть подозреваемый?
– Первый – дружок матери, но еще есть няня и любой другой человек, у кого был доступ в дом.
– Кроме матери.
– Да. На этот раз мать чиста, Кэт. У нее не было возможности прилететь из Нью-Йорка в нужное время.
– Я так понимаю, нет сомнений, что она там находилась, да?
– Да. Факс пришел час назад. – Блейк знал, что хотя подозрение в подобного рода делах в первую очередь падает на отцов и отчимов, существовало шокирующее количество случаев, когда мучили и даже убивали своих детей матери. И это был один из тех фактов, с которыми он так и не сумел смириться.
– У друга есть алиби?
– На него орали пять его коллег-директоров и видела секретарша, которая вчера днем забирала какие-то бумаги. По-моему, ни один из них не питает к Хиту настолько теплых чувств, чтобы лгать ради него. Они убедили меня, что в парке его тогда не было, но это не означает, что он не виновен. Он мог втянуть в это дело няню, и в этом случае, мне кажется, мы могли бы достать его через нее. Судя по ее виду, она расколется скорей, чем он. В любом случае пока мы только с ее слов знаем, что Шарлотта вообще была на этой треклятой игровой площадке. Но мы пытаемся найти подтверждение.
– Вы хотите сказать, что сожитель матери мог убить Шарлотту, а потом уговорить няню вывезти тело в игрушечной коляске? А потом, пока она разыгрывала сцену в парке, чтобы обеспечить себе какое-то алиби, организовывал его для себя в конторе?
– Что-то в этом роде.
– Но он же очень рисковал, не так ли?
– Может быть. У нас пока недостаточно сведений о них обоих. А было бы больше, если б наш суперинтендант не зациклился на похищении ради выкупа, которое совершил посторонний человек. Если бы мы сделали в доме настоящий обыск и смогли дать нашим экспертам образцы материала из канализационных труб и прочее, мы бы продвинулись дальше.
– Но он может быть и прав, сэр. Вы должны признать это. Очень часто детей похищают совершенно посторонние люди, – сказала Кэт, лицо которой выражало жалость.
– Да. Но нам понадобится несколько дней, чтобы отследить всех известных педофилов, которых могли видеть в этом районе. А дней у нас нет. Этот ребенок… Боже! Как я ненавижу такие дела.
– Как держится ее мать, сэр?
Блейк пожал плечами:
– Старается из последних сил.
– Что она собой представляет?
– В обычных обстоятельствах я бы назвал ее самодовольной сукой, – откровенно ответил Блейк. – Увешана брильянтами. Дорогая прическа. Дом, который стоит не меньше миллиона, и чертовски хорошая работа. Но сейчас не тот момент. Она слоняется по дому в полном раздрае. Действительно переживает за ребенка.
– В каких она отношениях со своим другом?
Блейк чуть улыбнулся. Разговор с Кэт всегда помогал ему прочистить мозги. Умеет же она задать нужный вопрос!
– Трудно сказать. Я бы не сказал, что они похожи на нормальную пару. Но с другой стороны, откуда мне знать? Я в жизни не видел нормальной пары. – Он подумал о муже Кэт, который казался одним из самых отъявленных подонков, каких ему доводилось встречать. – Кроме как на свадьбах, да и то не всегда. Но его у нее не было, мне пришлось встречаться с ним в его конторе.
Увидев выражение лица Кэт, Блейк кивнул.
– Интересно, правда? Но этому было дано некое объяснение, а в середине нашей беседы в качестве временной замены приехала ее кузина.
– Известно, кто она, эта кузина?
– Представилась как Триш Макгуайр. Кроме этого, я лишь понял, что она не видела Шарлотту несколько недель.
– А возраст?
– Макгуайр? О, думаю, за тридцать. Худая, даже тощая, короткие, торчащие, как шипы, темные волосы, поразительное лицо… знаете, резкие черты, горящие глаза. Дикие глаза, если вдуматься. Как у орла, может быть. И умные.
– Она вам понравилась, – сказала Кэт, заулыбавшаяся по мере того, как Блейк описывал эту женщину.
– Пожалуй, да, – согласился он и тоже улыбнулся, отчего его лицо покрылось морщинками. – Больше чем Антония, это уж точно. Две совершенно разные сестры. Макгуайр не из тех, кто носит брильянты. Удобная одежда… джинсы… и никакой косметики.
Блейк заметил, что Кэт украдкой посмотрела на часы. Самые обычные кварцевые часы на простом ремешке из черной кожи. Он поймал себя на том, что снова думает о кольцах Антонии Уэблок, а потом осознал, что для женщины, которая выглядит как Кэт… для такой, как Кэт… блестящее золото и ювелирные украшения были бы ненужным излишеством. Он также подумал о белой полоске кожи под ремешком, укрывавшим ее от солнца.
Возьми себя в руки, Блейк.
