— Так ешь, кто тебе мешает? — Лиана смотрит на меня с обидой. — Я всё утро готовила. А орехи так вообще со вчерашнего дня вымачивала. Не хочешь гранолу — вот паста гуакамолле. Могу хумус достать.
— Знаешь же, я что я не ем такое. — Я с раздражением поднимаюсь из-за стола. — Кофе есть?
— Есть смузи, — буркает она, опуская взгляд в тарелку. — Вот хрена с два я тебе еще хоть что-то приготовлю. Всё равно не ешь.
— Я мужик, и я не питаюсь травой. Мне белок нужен. Если решила на диете посидеть — сиди, но не надо меня к ней приобщать.
— Для справки, в бобовых много белка! И дело не в диете, а в здоровом питании. Ты давно анализы сдавал? Знаешь свой уровень мочевины?
— Нет, не знаю. Зато знаю, что сегодня полдня в разъездах проведу, а ещё не пожрал нормально.
— Вот потом не удивляйся, почему я тебе не готовлю.
Забив на кофе, я покидаю кухню. По хер. Шавуху по дороге перехвачу.
— Рафа, ты же в курсе, что с. тобой трудно? — несется мне в спину. — Неужели ты не видишь, как я стараюсь?
Ничего не ответив, я открываю шкаф и натягиваю джинсы.
Что ей сказать? Что старается она мимо? И этот завтрак — это для неё, но никак не для меня. Лиана, конечно же, заверещит, что я не ценю то, как она заботится о моём здоровье… А я, блядь, здоров и просто хочу, чтобы от меня отъебались. Хочу съесть гречку с яйцами и не чувствовать себя виноватым.
Когда я тянусь за толстовкой, мне в голову прилетает комок носков.
— Валиев!!! Хватит меня игнорировать!
Я вздыхаю.
— Я тебя не игнорирую. Просто не хочу очередного скандала.
— Между нами пропасть появилась. — Голос Лианы стихает и звучит почти жалобно. — Неужели ты сам не чувствуешь? Ты возвращаешься ночью, спишь на диване, каждое моё слово тебя бесит… Ты так наказываешь меня за отдельный отдых?
Я смотрю перед собой. Наказываю ли я её? Точно нет. Просто заебался на работе и внутри какая-то апатия. Лиана тут не при чём.
— Извини, ладно. — Повернувшись, я треплю её по щеке. — Ты старалась, я понял. Просто я такое не ем, о чём ты в общем-то знаешь. Мне на работу надо ехать. На днях обо всём поговорим.
Её лицо смягчается, руки обвиваются вокруг шеи, тело прижимается к моему.
— Любишь меня?
Я с заминкой киваю. Это не враньё. Я действительно её люблю. Как привычную часть своей жизни, как человека, с которым меня многое связывает, включая воспоминания. Хер знает, как объяснить. Лиана родная, и я хочу, чтобы ей было хорошо. Просто с недавнего времени никак не могу отделаться от ощущения, что всего вышеперечисленного недостаточно для «долго и счастливо».
— Буду ждать тебя сегодня в новом белье, — мурлычет она мне на ухо уже в дверях. — Отпразднуем примирение.
По пути к офису я делаю пару рабочих звонков, после чего нахожу в контактах номер Агнии. Ещё раз всё взвесив, всё-таки набираю ей. Всю неделю собирался, но по какой-то причине откладывал.
— Да… Привет, Рафаэль…
— Привет. — Нахмурившись, я трогаю переносицу. Нервничаю, что ли? — На работе сегодня? Я заеду. Поможешь немного с проектом, ладно? Я заплачу.
— Так, и для кого это мы прихорашиваемся?
Выронив помаду, я возмущенно смотрю на Леру, которая с любопытством пялится на меня со своего рабочего места.
— Ты чего орешь? Испугала.
— Чайник ставить? — переспрашивает она, не моргнув глазом. — Кто к нам в гости едет?
— Рафаэль Тимурович едет, — бормочу я, пряча карманное зеркальце в ящик. — Просит помочь с проектом.
— Тогда понятно. Без накрашенных губ тут точно не справиться.
В ответ на ее глубокомысленную иронию я раздраженно вздыхаю.
— Как же ты задрала меня, птица Говорун. Когда-нибудь мое терпение лопнет, и я тебя уволю.
— Не уволишь. — Лера беспечно отмахивается. — В глубине души ты меня обожаешь и будешь тосковать.
— Уволю с радостью и посажу на твое место кого-нибудь глухонемого. Чтобы ни чужие разговоры подслушивать не мог, ни совать повсюду свои глупые три копейки.
Обиженно засопев, Лера прячется за ноутбук. Однако надолго ее не хватает, и меньше чем через минуту она снова на меня глазеет.
— Что? — цежу я, не поднимая головы.
— Может, мне лучше пойти прогуляться?
— Ты совсем оборзела? А работать кто будет?
— Ну я же не для себя, а чтобы вам с Рафаэль Тимурычем не мешать.
Я закатываю глаза.
— Думаешь, как только ты исчезнешь, мы начнем срывать друг с друга одежду и сношаться как кролики?
— Эм… Не знаю… А вы будете? Вдруг по старой памяти захотите.
— Умоляю, заткнись, — измученно стону я. — Иди лучше чай сделай.
— Так я же сразу и спросила: чайник ставить? А ты молчишь как рыба об лед.
Поймав мой угрожающий взгляд, Лера рассудительно закрывает рот и ретируется на кухню.
Воспользовавшись ее отсутствием, я нащупываю на полу помаду, убираю ее в сумку и немного взбиваю волосы. И я вовсе не прихорашиваюсь, а придаю себе презентабельный вид перед встречей с заказчиком. У нас солидная фирма, и ее сотрудники обязаны хорошо выглядеть. Даже если провели ночь на неудобной маминой кушетке и проспали максимум четыре часа.
Донесшийся звук колокольчиков заставляет меня взволновано заерзать в кресле. Вести себя непринужденно, не отводить взгляд, не бояться язвить.
