Подарок… Когда наступал день рождения девушки, этот кулон начинал словно душить её. Она до последнего надеялась, что когда-нибудь мама придёт за ней и заберёт с собой, а ещё будет долго извиняться, что оставила одну, никому ненужную и беззащитную. И этот подарок, ей казалось, что он смеётся над ней, когда она в очередной раз становясь старше, всё ещё живёт надеждой. Поэтому, Малина каждый раз, в свой день рождения, снимала кулон и оставляла его под подушкой.
Это были последние тёплые деньки осени, в скором времени придут дожди, а с деревьев спадёт последняя листва, укрывая землю разноцветным одеялом. Два шестнадцатилетних подростка строили свой план на будущее, с грустью думая о настоящем. И никто из них не мог представить, что в этот солнечный день может случиться что-то страшное, а их совместные планы уже будет нельзя воплотить в жизнь.
Они уже подходили к детдому, оставалось только перейти пустынную дорогу, по которой редко кто ездит, и они на пороге «дома». Линка шла чуть впереди, радостно подпрыгивая и напевая себе что-то под нос, качая туда-сюда руками, а её платье немного развивалось от ветра. Артур шёл позади и с улыбкой наблюдал на детские чудачества той, кто заставляла его сердце биться быстрее от счастья. Но посмотрев чуть в сторону, он испугался, сбился с шага и страшно закричал:
– Линка, в сторону!
Он видел, как чёрный джип на огромной скорости нёсся в сторону той, кого в будущем он мечтал назвать своей женой. Видел, как она непонимающе оборачивается и застывает от ужаса. В глазах девушки пронеслась вся её маленькая жизнь, полная надежды, прежде чем её откинуло сильным ударом и она покатилась, иногда переворачиваясь, по асфальту.
Всё происходило как в замедленной съёмке. Острая боль, пронзившая все её тело, неестественная поза от удара, уже почти пустые, лишённые жизни разноцветные глаза, её красивое голубое платье испачкалось кровью, которая разливалась по асфальту из ран девушки. В её глазах отражалось испуганное лицо Артура, по щекам которого текли слёзы, он что-то кричал, но девушка ничего не слышала. Вокруг неё была тишина и только замедляющиеся удары сердца раздавались в её ушах.
Ей не были слышны крики вокруг, как кто-то кричал в ужасе: «Вызывайте скорую!», «Кто-нибудь запомнил номера машины?» и она не могла услышать, как Артур молил её не умирать, молил остаться с ним. Он не мог стать ей папой или мамой, но они могли создать собственную семью. Парень держал её руки, испачканные кровью, и молился всем, кому только мог, лишь бы она была жива и её душа продолжала бороться, и она не закрывала глаза.
Ей было невыносимо больно, а в голове метались мысли. Неужели она умрёт вот так? Веки становились всё тяжелее, постепенно закрывались глаза. Мысли путались и только боль хоть как-то их упорядочивала.
«Я так и не обрела семью», с грустью подумала девушка, по её щеке скатилась одинокая слеза, смешиваясь с кровью, а сердце перестало биться…
***
– Эй ты! Давай быстрее, и так из-за тебя отстаём от плана, – кричал недовольно паренёк в сторону худенькой девушки, что плелась в конце группы, заметно влияя на скорость команды.
– Зачем вообще было прицеплять к нам лекаря, когда мы в волшебном лесу? Здесь страшнее медведя ничего не водится, здесь даже нечисти нет! – сокрушался всё тот же парень, прорубая мечом путь сквозь заросли кустов и травы для остальной команды. К сожалению, эта чёртова целительница тоже в неё входила. Парень не щадил природу и вместо того, чтобы просто раздвинуть мешающие кусты, он кромсал их своим мечом.
Внезапно позади парней раздался вскрик и девушка, взмахнув руками в поисках опоры, упала с небольшого пригорка.
– Чёрт, да она даже ходить не умеет, отправили бы её на границу с эльфийским лесом, пускай бы там травки пособирала, зачем было цеплять к нам, – гневался парень, ежеминутно опуская в сторону девушки оскорбления и ругательства.
– Эй, Эрик, может поможем ей? Всё же девушка, да ещё и лекарь… – начал было какой-то парень, как его надменно перебили:
– Помогать ЕЙ? Да пусть хоть сдохнет в этом лесу, мне плевать! Пусть сама догоняет нас, чай не первый раз в лесу, карта у неё есть, пойдёмте, – парень сплюнул куда-то в сторону и злой как чёрт рубил мешающие ветки.
Эрик ненавидел эту девушку. Она была некрасива и ходила вечно лохматой. Её белые волосы были какие-то тусклые и имели непонятный оттенок, а глаза закрывали ужасные толстые квадратные очки. Худая и костлявая фигура не придавала красоты и вызывала лишь сожаление и желание покормить. Не девушка, а просто немочь ходящая. Он посмотрел в сторону бугра, за которым лежала девушка, снова сплюнул и, отвернувшись, пошёл дальше по лесу, следуя плану, отмеченному на карте.
Малинель лежала на неровной земле в ужасно неудобной позе. Её руку саднило из-за содранной кожи, а из глаз текли слёзы обиды. Почему, чёрт побери, её отправили в этот грёбаный лес с этими имбецилами? Неужели они думают, что она не понимает в КАКУЮ сторону они двигаются. Они совсем из ума выжили?
