— Да. Ты не просыпалась с вечера пятницы. Я завалился спать в гостевой спальне, но некоторое время назад зашел проведать тебя.
В этом заявлении было многое, что нужно было переварить, но ее мозг застрял на слове «воскресенье». Было воскресенье. Она проспала целый день.
— Черт. — Она сбросила с себя одеяло и вскочила в смятении. За исключением того, что ее ноги подкосились, а голова закружилась от резкого движения.
— Полегче. — Эдвин вскочил со стула, подхватив ее прежде, чем она успела рухнуть на пол. Его сильные руки обхватили ее за талию, удерживая на ногах, когда она обмякла у него на груди.
В голове у нее пульсировала боль, перед глазами плыли белые пятна. Возможно, она была не такой уж и отдохнувшей, как думала.
— Сядь обратно, — приказал Эдвин, и этот глубокий голос был таким же теплым и успокаивающим, как свежий, чистый запах его футболки с длинными рукавами.
Это был запах парня из ее сна. Это был тот голос, шепчущий слова, которые она не могла вспомнить, но слышала во сне. Может быть, это вообще был не сон.
— Ты остался со мной, — прошептала она, поднимая взгляд к его лицу. Они никогда не были так близки, и, так как она была без обуви, он возвышался над ней.
На его подбородке было больше щетины, чем в библиотеке в пятницу. Под его голубыми глазами залегли едва заметные круги.
— Как я и сказал. Ты была больна. И я не хотел, чтобы ты была здесь одна.
Одна. Потому что ее соседки уехали. Джефф и Франсэс не работали по субботам.
— О. — Она проверила силу своих ног, ослабив хватку на руках Эдвина. Он отпустил ее, держа руки наготове, чтобы подхватить, когда она, шаркая, вернулась к кровати и плюхнулась на ее край.
Кассия взглянула на свои колени. Ее голые колени. На ней были пижамные шорты в розовую и красную полоску и такой же топ на пуговицах. Этот набор был подарком Джоша на День святого Валентина в прошлом году.
Она ненавидела эту пижаму. Она не надевала ее уже несколько месяцев. Но собирая вещи, когда она уезжала из Хьюза, она не смогла ее выбросить.
— Ты переодел меня, — сказала она. В пятницу на ней были джинсы и черный свитер.
— Именно. — Эдвин потер затылок, затем вернулся в кресло и сел, опершись локтями о колени. — Я ничего не делал. Клянусь. После того, как я высадил тебя, я поехал домой, но начал беспокоиться. Поэтому решил заехать в магазин и купить немного супа и принести его на ужин. Я нашел тебя лежащей на полу у лестницы.
— Черт, — простонала Кассия. Так причина, по которой она ничего не помнила после этого, заключалась в том, что она практически потеряла сознание.
— Я отнес тебя наверх. Уложил в постель. Думал, что в какой-то момент ты проснешься. Я побродил вокруг, посмотрел пару фильмов в кинотеатре. Проверил тебя после полуночи, и у тебя была температура. Поэтому я вызвал врача. Она приехала, убедилась, что все не так страшно. Сказала мне, что это просто вирус, которому нужно дать пройти свой путь, и внимательно следить за тем, чтобы у тебя не поднималась температура.
— У тебя есть врач, который выезжает на дом? — Почему это ее не удивило?
Он пожал плечами.
— Доктор Харп — друг семьи. Она врач Айви.
— Хорошо, — протянула Кассия. — И когда именно ты меня раздел?
— Клянусь, я не смотрел. — Он поднял руки. — Ну, недолго.
Кассия поникла. Возможно, если бы это был кто-то другой, она бы почувствовала себя оскорбленной. Но по какой-то причине мысль о том, что Эдвин позаботился о ней, была милой. Кроме того, она чувствовала косточки своего лифчика. Даже если он и смотрел, то это было тоже самое, как если бы он увидел ее в купальнике.
— Ты не злишься? — спросил он. — Я думал, что ты разозлишься.
— Наверное, так и должно быть. Наверное, я все еще бреду.
Он усмехнулся.
— Тебе нужно что-нибудь съесть.
— Да. — Но идея отправиться на кухню казалась такой же пугающей, как пробежать марафон.
— Сейчас вернусь. — Эдвин вышел из комнаты и исчез в коридоре.
Кассия глубоко вздохнула, собираясь с силами, чтобы встать. Ей потребовалось мгновение, чтобы обрести равновесие, затем она зашаркала в ванную. Как бы сильно она ни нуждалась в душе, к тому времени, как она ополоснула лицо водой и почистила зубы, ее энергия иссякла.
Она как раз собиралась вернуться в постель, когда в комнату вошел Эдвин с подносом.
Хмурое выражение исказило его красивые черты, когда он увидел, что она идет.
— Тебе следовало подождать меня.
— Со мной все в порядке. — Она забралась под одеяло, чувствуя, как новая волна усталости прокатывается по ее мышцам.
Эдвин поставил поднос на стол, затем подошел к кровати, помогая ей приподняться на подушках. Свежий аромат снова ударил ей в нос.
— Ты хорошо пахнешь. — Это должно было остаться у нее в голове. Фу.
Он ухмыльнулся, сверкнув ямочкой на ее щеке, и подоткнул одеяло вокруг ее бедер.
— Ты уже говорила мне это.
— Говорила? Когда?
— Вчера поздно вечером. Вероятно, около полуночи. Я зашел проведать тебя, и ты сказала мне, что от меня пахнет, как от первого поцелуя.
Жар разлился по ее щекам.
— Прости.
— Не стоит. Я не знаю, как пахнет первый поцелуй, но принимаю это как комплимент.
