— Маргарита Михайловна, ну ты совсем тютю? — стучу китайскими палочками по своей голове показывая. Ну этого же не существует ничего. Не смеши. Только ночью спать не будем. — пожимаю плечами, отправляя в рот запечённую калифорнию.
— Ну давай, чего тебе стоит! Посмеёмся хоть! Может и прогенералить помогу на выходных! — знает чем брать, гадина.
— Идёт. Уговорила. — щурюсь, продолжая есть.
После ужина мы находим в интернете какой-то обряд из разряда "Как сказал мне бабкин рот — действуй, действуй, приворот"(Олег Ш.), зажигаем на полу 13 свечей, не переставая хохотать как кони, и садимся в этот круг. В серединку я кладу небольшое зеркальце, а на него свой браслет. Читаю заговор, и когда приходит очередь Ритки звонит её телефон.
— Да, солнце. — отвечает, не раздумывая. Ничего что у нас тут культ целый, нет? — Я у Соньки. — слышу крики Петьки в трубку. — Да что такого? Мне теперь чтобы к подруге пойти спрашивать нужно? Окей, еду. — булькает в трубку. — Сонь, прости… — хмурится. — Ты только закончи тут, на всякий случай, ладно?
— Ты издеваешься? Я не буду тут одна в кругу сидеть, как дура! — злюсь. Давно пора было бросить своего абьюзера! Что это за отношения такие?!
— Ну хоть попрощайся там, или что надо делать, ок? — видно, что ей неудобно, но её хахаль реально тот ещё негодяй.
— Иди уже, жертва абьюза… — целую её в щёчку, и девушка тут же исчезает.
Как только дверь за Риткой закрывается по спине пробегается небольшой холодок. Становится немного жутковато, но я списываю всё на сквозняк.
Так… что там надо было дальше сделать? Смотрю на экран. Написать желание на листочке. С минуту подумав решаю продолжить. Пишу: "Помощь с домашними делишками" Ещё немного подумав дописываю: "Три месяца"
Снова опускаю глаза на экран. Что вы дадите сущности в замен?
— Детей рожу, да свадебку сыграем! — рявкаю в сердцах и сама посмеиваюсь. — Ужас, Соня, что ты делаешь? Бред это всё! — сгребаю всю эту фигню в кучу, и закидываю на стол. — Лучше соберусь с силами, и в субботу вылижу дом до блеска. Господи, ну вот! Сама с собой разговариваю..
Тушу свечи, и сходив в душ под фонариком ложусь спать.
Утром как всегда поднимаюсь в шесть утра. Чищу зубы, умываюсь, делаю укладку и макияж, а затем одев брючный костюм выхожу на кухню завтракать.
Такое ощущение, что что-то поменялось. Но что именно, я пока не поняла.
В проёме я застываю перед голой накаченной задницей какого-то мужика. Внутри я уже срываю голос, как оперная певичка, но на самом деле молчу. Молчу, и тихонечко, на носочках отступаю назад, а затем и вовсе бегу обратно в комнату, закрываясь на ключ.
— Здравствуйте, полиция. Кажется в мой дом проник маньяк. Записывайте адрес… — руки потряхивало, я была в не себя от ужаса, но старалась говорить как можно тише и спокойнее.
София.
Долго, как обычно у нас это бывает ждать не пришлось. Наверняка были совсем неподалеку. Но самое главное не это, а то, что этот маньяк голожопый сам им дверь открыл. Так как я слышала звонок в дверь, шаги в коридор, и голос оперативников.
— Здравствуйте… — наконец вышла, наблюдая за мужчиной. Я старалась не смотреть вниз, так как полицейские держали его по-прежнему раздетого. — Я сейчас. — метнулась в ванную, и захватила халат, который сразу же передала мужчинам. Они заставили странного молчуна одеться, и лишь потом начали задавать вопросы.
— Что вы делаете в доме гражданки Цветаевой? — выражение его лица не изменилось. Кирпич. Но довольно красивый. Лёгкая небритость, чёрные волосы, глаза.
— Помогал по дому. — спокойно произносит, но Боги, этот голос! Низкий, с небольшой хрипотцой, словно работник секса по телефону. Нет, не то, чтобы я пользовалась такими услугами, но примерно представить могу.
— Вы его точно не знаете? — щурится полицейский, уже недоверчиво глядя на меня. — Нам не очень хочется участвовать в любовных разборках.
— Вы что, первый раз вас вижу! — возмущаюсь. Обидно между прочим.
— А ребёнка мне, кто обещал? — смотря с укором смотрит неизвестный мужчина.
— Кто? — одновременно спрашиваем мы с сотрудником полиции.
— Ты. — уверенно отвечает.
— Ты сумасшедший что ли какой-то? Или что? Я тебя в первый раз вижу! — фырчу.
— Так всё, собирайтесь. В отделении разберемся. — командует, и я захватив сумку выхожу следом.
На месте нас ещё раз допрашивают, где я, понятное дело твержу что не знаю его, мужик без конца повторяет о каком-то договоре, и в итоге ничегошеньки не понятно. Его задерживают "пока" на пятнадцать суток, а меня отпускают домой.
С чистым сердцем, спокойной совестью, и наконец-то умиротворённым пульсом я вернулась из полиции домой. Чего, чего, а такого в моей жизни ещё ни разу не было. Какой-то мужик, в моём доме, да ещё и голый! И самое интересное, ни открытого окна, ни взломанной двери, ни потерянных ключей. Всё в порядке.
Сняла обувь в коридоре, повесила куртку, и прошла на кухню, удивляясь её чистоте. И когда только он успел? Как это я могла не услышать его возню с моим свинарником?
