Ты зажглась желтеньким огоньком в этой серости моей жизни. Надеешься, что я не ухвачусь за тебя? Не надейся. Даже имя твоё рождает зверский интерес заполучить и уничтожить.
"Главная проблема — во мне"
Рав.
Долго упирался, отказывался и сквернословил, но слово лучшего друга, а по совместительству — начальника, — закон. И теперь стоять мне целый день при параде листовки раздавать… Где я так накосячил!?
Оделся ещё так кричаще. Брючки, рубашечка, шляпка. Чем не Ален Делон, а? Красавчик, звезда Голливуда! Вот и стоит эта звезда в центре города, на перекрестке, недалеко от какого-то там собора, улыбается всем прохожим, спешащим по своим делишкам, впихивает листовки спортивного клуба. Где. Я. Так. Накосячил!?
Я стою минут пятнадцать, но уже готов швырнуть эту стопку в ближайшую урну. А в Аккорде на заднем сиденье, между прочим, ещё около тысячи! Как. Я. Мог. На. Это. Согласиться!?
Моя скорпионья натура скоро жалить начнёт, но, нет, актер из меня, и правда, хороший — протягиваю листовку очередной женщине и улыбаюсь… как там Никита сказал? «Доброжелательно и располагающе». Только вот из нас двоих добренький точно не я.
Зачем ему новые клиенты, а? Почему не нанять промоутеров? Нашел, блин, тоже мне, бесплатную рабочую силу.
Ладно, хорош. О, точно, тут недалеко сестра у Ника жила с подругой, пока к мужу не переехала. А сейчас там кто? Сдают вроде кому-то.
В наушниках поёт Кобейн свою вечную «Smells Like Teen Spirit»:
[Привет, привет, привет, чего кислая?]
Утренний зной кочегарит открывающиеся магазины, выжигает подъезжающие троллейбусы и прогоняет автобусы с остановки через дорогу. Все проходят мимо, улыбаясь в ответ парню, танцующему под грохочущую из наушников "Нирвану", протягивающему листовки и улыбающемуся… как там? Доброжелательно и располагающе.
Рядом на асфальте сидит Стасик, прислонившись к серости дома середины прошлого века, лыбится беззубой улыбкой, потрёпанной жизнью. Ему скоро на работу — на паперти стоять через дорогу, а пока он смотрит на мои танцы и искренне хлопает в ладоши. Хороший мужик, жаль только, что без ног. Сегодня будем с ним компаньонами, хоть потрещим. Сколько лет я его тут видел, а мимо него всё пробегал, ни разу не остановившись..
О, впереди ко мне по разгоряченному асфальту бежит какая-то девчонка. Судя по всему, опаздывает на автобус. Впопыхах застегивает желтенькую косуху, не жарко? Поправляет каштановые волосы. Замечает наконец мой взгляд, изучающий её семенящую фигурку, и… перебегает дорогу в неположенном месте, не дойдя до пешеходного, который я торжественно оккупировал.
Быстро попрощался с одиноким одиннадцатым маршрутом, увозящим злостную нарушительницу, да и продолжил дальше.
"
Раз десять охлаждался в машине, но парящее солнце испепелило всю мою самоуверенность. К черту! Ещё и этот грёбаный костюм. Здесь бы в плавках одних плясать, авось и клиенток бы завтра в зале прибавилось.
Стасик через дорогу устало жуёт подогнанный мной пирожок с фаршем, изредка посматривает на меня и кивает в знак поддержки. Да, я чувствую себя как после двухчасовой пробежки, а всего-то стою весь этот грёбаный день на одном месте и гоняю по кругу Кобейна.
Ещё немного, Рав. Терпи.
О! Какая знакомая утренняя косуха вывернула из-за автобуса с гордой циферкой "Одиннадцать" на лобовом..
Ну, привет! Эй, посмотри на меня! Я ещё бодр и свеж, как не вышколенный жеребец.
Девушка останавливается у светофора, наконец смотрит по сторонам и замечает меня прямо напротив с другой стороны проезжей части.
Ну, привет! Улыбнусь тебе.
Даже отсюда, блин, заметил, как вздрогнула и повернулась на девяносто градусов. Проследил за удаляющейся фигурой, что метров через двадцать вновь перебежала дорогу в неположенном. Ха, забавно!
Пять вечера.
Последняя стопка скоро закончится. Я уже еле держусь на ногах и мысленно дожариваю Никитку на костре. Мой аккорд манит к себе в прохладный салон, Стасика, минут двадцать как, забрала его свита — подсчитывать заработанный куш. Ещё нем-но-го!
Выбрасываю огрызок наливного яблока, что протянула мне сердобольная продавщица из соседнего ларька за красивые серые глаза и шуточки, искрящиеся из меня весь этот долбанный день.
Возвращаюсь на место и чуть ли не вскрикиваю от радости, надвигающейся на меня… Смотрит себе под ноги и не замечает ничего вокруг, убирает волосы в хвост, наматывая резинку. Снова куда-то торопится в своём сереньком облегающем платье… и проходит мимо моей вытянутой руки. Недолго думая, крикнул ей вслед:
— Вот мы где наконец-то встретились…
Сработало! Разворачивается и поднимает свои карие глазки с длинными ресничками. Всматривается в лицо и, не найдя во мне ничего важного, почти решается уйти.
— Вот мы где наконец-то встретились! Какую программу хочешь? Кардио, силовую, а может… меня?
