Долгим поцелуем сопровождалось моё прощание с Быыр. Она никак не хотела меня отпускать. Но нужно было спешить. Рассвет на Лире наступал рано, и времени оставалось мало. Я вышел и под покровом темноты осторожно пошёл в направлении корабля. Подойдя к периметру охранения, огляделся, всё было спокойно. Осторожно пересёк опасную зону и пустился бежать в сторону леса. Но вдруг что-то оплело мои руки и ноги, и я на всём ходу полетел кувырком. Остановившись, попытался освободиться, но окончательно запутался. Как оказалось в накинутой на меня сети. Ко мне подошли несколько ящеров и начали меня пинать ногами. Было больно. Подошёл ещё один, что-то крикнул на своём гортанном. Бить перестали. Погрузили на какой-то тарантас и повезли в центр поселения. Занесли меня в помещение, сделали укол, я отключился. Когда пришёл в себя, то почувствовал, что связан по рукам и ногам и лежу в пустой комнате на деревянной койке. Размер помещения оставлял желать лучшего, видимо никто не заботился о комфорте. По моим прикидкам комната составляла два метра в длину и метр в ширину, высота не больше двух метров. Хуже всего это то, что у меня болел бок, колено и заплыл один глаз. – Вот, наверное, и всё, препарируют – подумал я. Кричать глупо, можно нарваться на ещё большие неприятности. Оставалось ждать. Очень хотелось пить. С разных сторон слышались крики, стоны и какая-то ругань. Через несколько часов дверь открылась, и в комнату вошёл ящер. – Бр Гр Бр, – обратилась существо ко мне. Я помотал головой, показал язык и, изображая глухонемого, произнёс: – Уааа, Уааа. Ящер, наверное, решил, что я над ним издеваюсь и сильно стукнул в больной бок. Было очень больно. Прошу начальство отметить данный факт как боевое ранение. Рептилия повернулась к кому-то стоящему в коридоре, что-то булькнуло. Оттуда кто-то булькнул в ответ и очевидно, поняв, что я не представляю интереса вышел за дверь. Ещё через несколько часов в комнату зашла девушка в сером халате с повязкой, закрывающей всё лицо. На голову был натянут треугольный колпак. Она взглянула мне в глаза, и я невольно вздрогнул. Эти глаза я запомнил надолго. Это была Быыр. Девушка дала мне воды и сока Любликов. По всему телу прошла приятная лёгкость и ушла неприятная боль. – Я думала у тебя специальные средства способные проникать сквозь защиту. Но видимо я ошибалась, иначе никогда не позволила нарваться на грогов. – Где я и что со мной будет? – спросил я, окончательно приходя в себя. – Ты в больнице особого режима для социально опасных. После залечивания ран и предварительной психологической обработки тебя переведут в общую палату, где проследят за твоим поведением. Если всё будет хорошо, то тебя выпустят. Тебе повезло, что ты попал сюда первый раз и не оказывал сопротивление при задержании. Обычно буйных или второразников подвергают специальной процедуре. С помощью воздействия специального препарата разработанного грогами, что-то меняется в структуре мозга и человек становится марионеткой способной только выполнять приказы. – Хорошая перспективка. А можно отсюда бежать? – Больница охраняется очень серьёзно и лучше дождаться реального освобождения. В твоём случае есть один нюанс. Тебя нет в базе данных нашего поселения и уже завтра, когда будет готов анализ ДНК, гроги тебя разберут на винтики. Но тебе повезло. Мы с Гыыр имеем доступ в лабораторию. – Я так понимаю, вы должны подменить данные, но это должен быть реальный человек. Ведь все на учёте и они следят за передвижением каждого? – Понимаешь, буквально до твоего появления у Гыыр был жених, но за два дня до твоего появления он исчез. Не мне, не Гыыр, Тыык особо не нравился, но в нашем селении особо перебирать не приходиться. Мы не сообщили о его исчезновении. Поэтому мы можем выдать тебя за него. – А если он появится или обнаружат его тело? – Я думаю, что даже если это и случится, то очень не скоро. Дело в том, что Тыык любил ходить в неблагополучный район, где за еду можно было купить любую женщину и даже маленьких девочек. Скорее всего, он сам стал пищей для голодающих. – А как же мне общаться со всеми остальными? Ведь насколько я понял, гроги незамедлительно уничтожают всех ущербных и больных. Так что изображать глухонемого подписать себе смертный приговор. – Тебе придётся выучить несколько распространённых фраз. Обычно гроги считают низким общаться с людьми. Часто достаточно всего, да и нет. Ещё мы обнаружили, что если сок Любликов вводить разбавленным прямо в кровь, то действие увеличивается и не наносит никакого вреда. Ты будешь понимать всех вокруг себя, – объяснила Быыр, не переставая обрабатывать специальным раствором мои синяки и ушибы. – Мы с Гыыр прекрасно себя зарекомендовали на службе грогов, и они нам доверяют. Поэтому я объяснила своему непосредственному руководителю, что ты жених Гыыр и по старинному обряду суженный в знак особой любви должен подарить невесте ветвь цветущего дерева Обр. И так как его можно сорвать в лесу за периметром, ты и решился на столь безумный поступок. Его тронул мой рассказ, он немного сентиментальный. Перевели моего начальника в наше учреждение за связь с самкой кроков. До этого он работал первым послом на материке у кроков, поэтому он с пониманием относится к любовным историям. Скорее всего, через неделю тебя отпустят на поруки Гыыр и меня. – А развязать меня можно? – Нет! Существует стандартная процедура и вновь прибывшие остаются связанные одни сутки. Быыр закончила обработку и перевязку ран и удалилась. Через некоторое время девушка вернулась и принесла еду в виде уже надоевшей похлёбки. Ближе к ночи Бырр снова принесла мне ужин. – Прости, разнообразия в пище у нас отсутствует, но в этом супе есть всё необходимое для поддержания жизни. Завтра тебе предстоит психологическая обработка, поэтому постарайся держать себя в руках. Как это происходит, я не знаю, но говорят процедура неприятная. Хорошо что завтра будет дежурить мой бос. Он особо не будет злобствовать. Рич прости, но я не могу больше сдерживать себя. Ты заставил меня взглянуть на обыденное совокупление по-новому. И она залезла на меня сверху. Я всё и ещё был связан, поэтому моего согласия и не требовалось. В конце концов, Быыр развязала меня, и мы продолжили начатое, уже с моим добровольным участием.
