- А кто тебе позволит? – хмыкнул Дима, захлопнув дверцу и подползая к Александру ближе. Хотелось коснуться его улыбающихся губ, хотя бы слегка, играя. Всё остальное будет потом…
Александр обхватил Диму за спину и почти утащил к себе на колени, но тот уперся рукой в кресло и затормозил.
- Шея… что-то хрустнуло, - хихикнул он, пытаясь отползти обратно, но Александр не отпускал. Внимательно и серьёзно смотрел Диме в лицо, а потом опять поцеловал, глубоко и сладко. Он тоже соскучился.
- Витин друг хотел меня трахнуть, - сказал вдруг Дима, когда они уже ехали вдоль длинного центрального проспекта. – Такая сволочь.
Александр кинул тёмный взгляд на Диму и тихо спросил:
- Это он тебя ударил?
Город зажигал огни, они расплывались желтым матовым светом по тонированному стеклу. Дима улыбнулся своему отражению в стекле и блаженно закрыл глаза, спускаясь чуть ниже по креслу. Теперь он дома.
- Тётка какая-то врезала коробкой в электричке, - выдохнул Дима и лукаво улыбнулся. – Волнуешься?
- Я убью любого, кто посмеет поднять на тебя руку.
- Я знаю… поэтому я выбрал тебя. Поехали, что ли, к тебе домой для разнообразия.
Часть 14.Дома.
- Второй раз в первый класс… - выдохнул Дима, переступая порог дома Александра, и уверенно шагнул в тёмный коридор, загребая коврик, слившийся с полом у входа. Сделать второй шаг оказалась не судьба, и Дима споткнулся. Рука инстинктивно вцепилась в плечо Александра, и тот глухо зашипел, наверное, от боли. Хватка у Димы была неслабая. – Твою ж мать. Понараскидывал тут, - нервно хихикнул он, позволяя Александру поднять его за пояс и перетащить через коврик. – Специально, что ли? Чтобы три раза подумали, прежде чем заходить?
- Обычно люди, когда ходят, поднимают ноги. По-другому трудно передвигаться.
Александр быстро разулся и аккуратно поставил свои ботинки на подставку для обуви. Дима последовал его примеру, раздумывая над тем, дурной он, этот пример, или нет, и стоит ли им заражаться. Скорее всего, стремление к порядку – это всё-таки хороший пример, значит, не заразно.
- Пить что-нибудь будешь? Есть неплохое итальянское вино, сегодня отписали на работе, - Александр зажёг верхний свет на кухне, и Дима замер на пороге, уставившись на сервированный стол.
- Ты знал, что я поеду к тебе? Или… - он сделал неопределённый жест в сторону стола, – ты ждал кого-то?
Дима сделал ещё два шага и опять остановился, инстинктивно стараясь ни к чему не прикасаться.
Александр, не оборачиваясь, открыл дверцу шкафчика, стоявшего около холодильника, и достал из него бутылку вина и два бокала.
- Хотел сделать пару презентабельных фотографий кухни. А пустой стол смотрится убого, - спокойно пояснил он и, обернувшись, наконец, через плечо, кинул на Диму снисходительный взгляд. – И как разврат?
- Какой разврат? – растерянно переспросил Дима. Кто-то из них явно тупит, и Дима даже догадывался, кто именно.
- Ну тот, который ты себе представил пять секунд назад, пока я не сказал, что сервировка для работы.
Александр поставил бокалы на пустой разделочный стол и стал разливать вино. Два отсвета на бокалах отвлекли Димино внимание, и он невольно залюбовался красивой и быстротечной картинкой.
- Обычный страх… быть брошенным. Этот Игорь, Витин друг, поведал мне душераздирающую историю своего опыта... – Дима подошёл к разделочному столу, на котором стояли ровно наполненные бокалы, и посмотрел на Александра.
- И ты проникся, впечатлительный мальчик, – Александр чуть опустился и сложил локти на столе, снизу вверх глядя на Диму. По щекам потёк жар и стало душно. Дима закусил губу, опуская взгляд на бокалы, и коснулся прохладного бока.
- Я хочу выпить за честность, - проговорил он, поднимая свой бокал и улыбаясь. – Что бы там ни было у других, я всегда буду с тобой честен.
В мягкой тишине кухни звякнул хрусталь.
- Если бы всё зависело от меня, я бы никуда тебя не отпускал, - Александр сделал глоток. – Идея золотой клетки мне крайне импонирует.
Дима хмыкнул и залпом допил вино. Приятное. Глубокое и терпкое, как и сам Александр. С ноткой спелой горечи на кончике языка.
- Ты слишком эмоционален, чтобы воспринимать мир адекватно, как и любой художник.
- Я врезал ему первым, - Дима тоже облокотился о стол и теперь они с Александром были наравне. Смотрели друг на друга, можно было податься чуть вперёд, и ему тоже… Дима закрыл глаза и коснулся губами тёплых губ, пахнущих виноградом.
- А я не говорил, что ты слаб, - Александр провёл рукой по Диминым волосам и, обхватив кончиками пальцев его лежащее на столе запястье, погладил кожу большим пальцем. В животе приятно потеплело от вина, а от прикосновения ощущение тепла многократно усилилось. – Ты как стойкий оловянный солдатик, будешь защищаться несмотря ни на что.
- А зачем тогда клетка? Я хочу оставаться с тобой добровольно…
- Она не для тебя, она для других. Чтобы знали, что у птички есть хозяин.
Дима смущённо улыбнулся и вновь закрыл глаза, чтобы утонуть в горячем виноградном дурмане.
