«После баньки настроение ребят улучшится, а там, глядишь, и дождик утихнет. Ничего!» – подбадривал себя Серёга, пусть его убеждённость в том, что они-таки поднимутся на Хумвой с каждым шагом неумолимо таяла. Ещё и Хумвой продолжил играть с ним в прятки – до следующего утра не показался ни разу.
До баньки в тот день они так и не добрели, заночевали под кроной большой ели, чтобы хоть немного укрыться от продолжающего струиться с небес дождя. Спать на узловатых корнях было неудобно, и где-то в полночь чья-то нога выбила в палатке центральный кол. После чего промокший от влаги полог рухнул прямо на лица спящих. Но вылезать из тепла спальника, даже весьма относительного из-за всеобъемлющей сырости, никому не хотелось. Вот и провалялись почти без сна до рассвета, переругиваясь хриплым шёпотом и обсуждая, кому идти устранять причинённые разрушения, а главное, кто в них виноват.
Утром Серёга встал первым – просто уже не мог выносить склочное настроение, царившее в палатке. К его удивлению и последующему за ним облегчению, дождь наконец кончился. Серёга вытащил из рюкзака зубную щётку и потащился через тяжелогружёные ночными каплями кусты к небольшой речушке, судя по звукам, журчащей совсем рядом. Кусты укрывали речушку от взглядов, холодные капли, слетая с веток, жалили кожу злобными осами, Серёга ёжился и чертыхался себе под нос, страшась нежданно провалиться в холодную воду. Но речушка, хоть и бормотала всё громче, совсем рядом, никак не обнаруживалась.
В воду он всё же вступил, черпанув от души голенищем. К Серёгиной радости, вода в реке оказалась не такой уж и холодной. Серёга осторожно пробрался на середину – речушка была мелкой, но быстро бегущей, с отдельными ямами – начал чистить зубы, случайным образом повернулся вправо и буквально обомлел: с этой точки Хумвой был как на ладони. Казалось, можно протянуть руку и погладить его ближний склон. Который сегодня был не обсидианово-чёрным, а буро-зеленоватым, бархатистым, по цвету напомнившим Серёге обивку дивана у него дома. А ещё Хумвой сегодня выглядел очень большим, его черепашья туша загораживала полнеба. А на самом верхнем наросте горы, будто сорванный ветром листик, приютилось лёгкое сиреневатое облачко.
Сердце Серёги забилось часто-часто, он понял, что не сможет уйти отсюда, не взобравшись на вершину. Даже если ради этого придётся тащить остальных на себе. Впрочем, остальные о переменах в его настроении пока не знали, все мысли «бойцов» были только о вожделенной баньке, даже отсутствие дождя их не радовало.
– Ну, скоро баня? Сколько ещё тащиться? – выразил общее настроение Кузя, когда перевалило за полдень, а никаких следов цивилизации вокруг по-прежнему не наблюдалось.
– Скоро дойдём! – соврал Серёга, хотя точное местоположение бани не знал и вообще не был уверен в её существовании, так как Сырвачев говорил, что видел её мельком, внутрь не заходил. просто отметил для себя – опа, баня стоит!
– Может твой Сырвачев пошутил и никакой бани тут нет? – с подозрением глядя на командира, спросил Толик.
– Бредём уже часа четыре, а говорил, вчера к вечеру успеем добраться. Выходит, соврал? – поддержал его Кузя.
– Ничего я не врал! – отрезал Серёга, постаравшись вложить в слова как можно больше металла, как истинный руководитель.
Получилось у него убедительно или нет, Серёга не знал. На душе его скребли жирные кошки. «Может, мы уже прошли баню. А может, её зимой разобрали на дрова местные охотники. Всё может быть», – носились у Серёги тревожные мысли, в которые он вовсе не желал посвящать окружающих. Когда добрались до первой же на пути полянки, он скинул рюкзак и, скомандовав «ждите меня здесь, я на разведку», не оглядываясь заспешил к ближайшему возвышению в надежде оттуда узреть, если не баньку, то тропинку к ней. За спиной Серёги клубилось мрачное молчание.
Но забравшись на большой камень, откуда открывался хоть какой-то обзор, Серёга по-прежнему не обнаружил никаких следов пребывания человеческих существ. Вокруг царила девственная природа: отдельные ели, кустарник, трава, камни, а на заднем плане, подобно аляповато раскрашенной гигантской театральной декорации, стоял хребет с черепахой Хумвоя посередине. Горы с точки, где стоял Серёга, виделись настолько отчётливо, что и впрямь казались нарисованными.
«Что же делать? – приуныл Серёга, – Если в ближайший час не отыщем баню, ребята меня не простят. Точно, придётся повернуть назад». Хумвой насмешливо наблюдал за мучениями Серёги, блестя на солнце сверкающей лысинкой вершины. «Эх, ты! – укорил Хумвой Серёга, – Я к тебе так отчаянно стремлюсь. Ну, помоги мне хоть капельку!»
В этот момент за его спиной раздалось громкое карканье, Серёга от неожиданности чуть не грохнулся с камня, где стоял. Он посмотрел в направлении, откуда пришёл звук, и не поверил глазам – всего метрах в ста от него ясно виднелось какое-то сооружение из сероватых брёвен. И как он не заметил его в первый раз, когда осматривал окрестности!
