В этом отношении проблема, как справиться с ним, относительно проста: нам окажется достаточным раздать оружие и оказать военную поддержку любой некоммунистической власти, контролирующей данный район, и разрешить расправиться с коммунистическими бандами до конца традиционными методами русской гражданской войны. Куда более трудную проблему создадут рядовые члены Коммунистической партии или работники (советского аппарата), которых обнаружат или арестуют или которые отдадутся на милость наших войск или любой русской власти. И в этом случае мы не должны брать на себя ответственность за расправу с этими людьми или отдавать прямые приказы местным властям, как поступить с ними. Это дело любой русской власти, которая придет на смену коммунистическому режиму. Мы можем быть уверены, что такая власть сможет много лучше судить об опасности бывших коммунистов для безопасности нового режима и расправиться с ними так, чтобы они в будущем не наносили вреда…
Мы должны неизменно помнить: репрессии руками иностранцев неизбежно создают местных мучеников… Итак, мы не должны ставить своей целью проведение нашими войсками на территории, освобожденной от коммунизма, широкой программы декоммунизации и в целом должны оставить это на долю любых местных властей, которые придут на смену Советской власти».
О мерах, необходимых для реализации этой программы, не раз заявляли государственные мужи Америки. Например, президент США Ричард Никсон призывал:
«Запад должен сделать все возможное… Россия – ключ к успеху. Именно там будет выиграна или проиграна последняя битва холодной войны. Не может быть более высоких ставок».
И в конце концов все, чего хотели достичь Соединенные Штаты, было достигнуто. Это обошлось им не дешево!
Такие бы деньжищи, да в мирных целях! Но цели были другими, и вот результат. Мощь и влияние Москвы действительно сведены до минимума. Танки по городам ездили, и стрельба в Москве была. Внешняя политика изменена кардинально. В том, что Россия зависит от внешнего мира, – в том числе в поставках продовольствия, нет сомнений. До предела упала власть федерального центра над «главными национальными меньшинствами». А вот как оценили свою победу политические деятели Запада: