В-шестых, иностранным лоббистам будет полностью запрещено предоставлять средства для американских избирательных кампаний. Сейчас такое бывает.
В тот же день я также приму семь мер по защите американских рабочих, с которыми сейчас так скверно обходятся равнодушные к их интересам политики. Мы очень быстро изменим ситуацию.
Во-первых, я заявлю о своем намерении полностью пересмотреть условия Соглашения о Североамериканской зоне свободной торговли, одного из худших торговых соглашений в истории нашей страны – кстати, его подписал Билл Клинтон, – или выйти из него согласно Статье 2205.
Во-вторых, я объявлю о предстоящем выходе из Транстихоокеанского партнерства, грозящего нашей стране настоящей катастрофой.
В-третьих, я поручу своему министру финансов объявить Китай валютным манипулятором – потому что это так и есть. Они своими валютными играми причинили нам большой ущерб – и это очень прискорбно. Заметим, я их не виню – они просто умные. Винить стоит наших политиков, которые не остановили китайцев, хотя это было очень просто сделать.
В-четвертых, я поручу министру торговли и торговому представителю США выявить все несправедливые иностранные торговые практики, вредящие американским работникам, и немедленно использовать против этих злоупотреблений все доступные американские и международные правовые инструменты.
В-пятых, и это очень важно, я сниму ограничения на разработку американских энергоресурсных резервов, включая сланцы, нефть, газ и уголь. Это пятьдесят триллионов долларов и множество рабочих мест. Наши шахтеры должны вновь вернуться к работе.
В-шестых, я уберу установленные Обамой и Клинтоном препятствия и позволю продвигаться вперед жизненно важным энергетическим инфраструктурным проектам. У нас для них существует невероятное количество препон – экологических и структурных. Будет достроен трубопровод «Кистоун» и многое другое. Это множество рабочих мест и большая польза для страны.
В-седьмых, мы прекратим отдавать миллиарды долларов на программы ООН по борьбе с глобальным потеплением и используем эти деньги на нужды американской водной инфраструктуры и американской экологии. Мы отдаем миллиарды, в то время как нам пора заняться собственной экологией.
Вдобавок с первого дня я займусь следующими пятью мерами по восстановлению безопасности и конституционного правопорядка:
Во-первых, все неконституционные акты, распоряжения и указы президента Обамы будут отменены.
Во-вторых, мы начнем процесс выбора замены для покойного судьи Скалии. Кстати, его жена – чудесная женщина – повесила у себя во дворе мой плакат. Мило, правда? Только сегодня узнал. Он был великим человеком. Выбирать будем из моего списка. В нем двадцать судей. Думаю, из двадцати выдающихся судей будет выбран достойный кандидат, который сможет отстаивать и защищать Конституцию Соединенных Штатов.
В-третьих, все федеральное финансирование городов-убежищ для иммигрантов будет отозвано.
В-четвертых, мы начнем высылку из страны незаконных иммигрантов-преступников. Их сейчас больше двух миллионов. Это наркоторговцы, бандиты, убийцы. Гражданам тех стран, которые не заберут своих преступников обратно, мы не будем выдавать визы. Когда Хиллари Клинтон была госсекретарем, если мы пытались выслать очередного злодея и собственная страна его не принимала, Хиллари говорила, что нам нужно взять преступника обратно и мы не будем заставлять другую страну его принимать. Если я стану президентом, такого больше не будет, поверьте мне.
В-пятых, мы заморозим иммиграцию из склонных к терроризму регионов, выходцев из которых невозможно нормально проверять. Скажем, вот Сирия. К нам оттуда едут тысячи и тысячи человек. Мы не знаем, кто они такие, откуда они, что у них на уме. Хиллари Клинтон хочет увеличить их количество еще на 550 %. Между тем радикальный исламский терроризм – совсем рядом. Нам нужно быть сильными, умными и бдительными. Мы не можем пускать террористов. Нам хватает своих проблем. Проверять всех, кто приезжает в нашу страну, будем крайне тщательно. Нужно быть внимательными.
Затем я буду работать с Конгрессом: внесу в него следующие законопроекты и буду бороться, за их принятие в первые сто дней моего президентского срока:
