Понтийское царство полностью

Таким образом, перед нами обычная для Понтийского царства картина: царь мог как приписать земли городу, так и отказать в этом. Когда же городу предоставлялись пусть и самые скромные, но политические права, его автономия контролировалась через расположенные неподалеку царские укрепления типа Кайнон Хорион (Кабира), Сида, Хабакта и Фабда (Амис), Икидзари (Амасия). Полисное самоуправление в Понтийском государстве в этом аспекте было крайне ограниченным; царская власть осуществляла надзор за полисами не только строительством поблизости от них царских крепостей, но и через командиров гарнизонов (фрурархов)[39] и особых чиновников (эпистатов)[40], следивших за выполнением царских указов и законов, а также за уплатой налогов.

При Митридате VI на царской земле было основано два города - Евпаторий и Митридатий. Первый ко времени Помпея был отстроен лишь частично, так что римский полководец увеличил его территорию (προσθείς· χώραν) и население и переименовал в Магнополь (Strabo. XII. 3.30; App. Mithr. 115; Plin. VI. 2.6). Есть основания полагать, что до Помпея Евпаторий не имел полисного статуса, так как не чеканил монету и был не до конца застроен, а после реформ Помпея получил землю и полисные привилегии[41]. Вероятно, до 65 г. город не владел сельской округой, а "хора", которую увеличил Помпей, очевидно, просто городская территория, отведенная под застройку домов. Евпаторий, подобно другим укреплениям, выстроенным в окрестностях полисов, мог стать при Митридате VI противовесом Кабире. Предоставив Кабире ограниченные права автономии, царь в то же время начал создавать в непосредственной близости от нее сеть укреплений, одним из которых стал Евпаторий. Помпей, отстраивавший на месте бывших царских укреплений эллинские города, стремился ликвидировать насаждавшееся царями противопоставление полисов царским крепостям и уравнял статус Кабиры и Евпатория. Городской хоры не имел и Митридатий, который вообще назван τό φρούριον - "царское укрепление", так что он, очевидно, не являлся полисом. Митридатий находился в Галатии и был отдан Помпеем одному из ее правителей Богодиатару (Strabo. XII. 5.2).

Из сказанного вытекает сосуществование в Понтийском царстве двух категорий городов, статус которых находился в зависимости от воли царя как верховного собственника земли: во-первых, это небольшие городки (το πολίχνιον), не имевшие статуса полиса, не владевшие сельскохозяйственной хорой и подчинявшиеся власти царского наместника (стратега, диойкета); во-вторых - греческие полисы (Синопа, Амасия, Амастрия, Комана, Фарнакия), получившие от царской власти как "дар" ограниченные права самоуправления и политию для граждан, а также небольшую аграрную территорию, разделенную на участки, вместе с жившими там крестьянами-общинниками (комитами). Но, предоставив эллинам ограниченную автономию, цари, как показано выше, окружили владения полисов своими крепостями, ставя свободу греков под сомнение. Это одна из главных отличительных черт Понтийского царства[42], хотя ограничение полисных свобод есть общий признак эллинистических монархий[43].

В Малой Азии (Приена) в эпоху эллинизма греческие полисы получали от царей право владеть хорой, которая принадлежала им в древности, а затем была изъята царями. Царские земледельцы, жившие на этой земле, после передачи ее под контроль полиса, становились неполноправными членами гражданского коллектива, оставаясь при этом жителями ком-деревень (общин)[44]. За неимением данных мы не можем подробно восстановить структуру γῆ δημοσία понтийских городов, соотношение земель, прилегающих к полисам, и территорий, им подвластных. Только пример с Команой позволяет приблизительно очертить эти вопросы. На "подвластной" Комане земле жили сельские общинники-комиты (см. ниже). Но ввиду того, что они платили подать не полису Комане, а в храм, находившийся во власти жреца и царя, то полис, вероятно, не осуществлял юрисдикции над этими территориями. Очевидно, и другие полисы Понтийской Каппадокии не владели хорой, которую принято называть "подконтрольной" полисному коллективу, ибо им разрешалось иметь в собственности только землю из разряда "прилегающей" к полису и разделенную на участки, принадлежавшие членам гражданского коллектива. Предоставление автономии и земельных владений полисам регламентировалось и уравновешивалось возведением в непосредственной близости от них укреплений на царской земле, подобных катойкиям других эллинистических государств Передней Азии.