— В честь чего это? Я что неправду сказал? Хотя… И знаешь, я тебе еще не рассказал о своем любимом брате… Видишь ли…свой первый раз я обещал как раз-таки ему. И если бы не твой дядя со своими дурацкими планами на счет нашего союза, я бы уже давно был с Дальнэром, которого, в отличие от тебя…ЛЮБЛЮ! По-настоящему.
А тишина-то какая… Тяжелая такая, неприятная. И ярко-синие глаза, смотрящие на меня с явным недоверием, постепенно сменяющимся холодным бешенством, от которого меня начало ощутимо потряхивать. Так, а теперь главное все это выдержать и не сорваться, не отвести взгляд. Чтобы у Нэльда не возникло ни малейшего сомнения в искренности моих слов. Смотрю на него с презрительной насмешкой, которая дается мне просто невероятным усилием воли, с коей я сдерживаю так и просящиеся наружу предательские слезы. Но нельзя. Нужно, чтобы Нэльд поверил, что я в действительности самая последняя сволочь, которой пытаюсь казаться.
Полуэльф не выдержал первым. Молниеносный взмах кулаком, от которого я даже и не попыталась отшатнуться, и я лечу на пол, больно приложившись спиной о край кровати, об которою мне "повезло" притормозить. И пока я пыталась собрать свои хорошо протрясенные мозги в компактную кучку для того, чтобы высказать кое-кому все накипевшее о его скверном характере, как предмет моих не слишком-то и цензурных мыслей меня покинул, как обычно громко прихлопнув за собой дверью. Фух! Кажется, получилось. Только вот никакой особой радости по этому поводу я не ощущала. А ощущала горячее желание отомстить за, скорее всего уже проявляющийся у меня под глазом синяк, оставленный "на добрую память" женихом… теперь уже точно-бывшим. Ну, "папочка" держись! Теперь я разозлилась окончательно. А это чревато последствиями… не особо хорошими для тех, кто имел глупость меня расстроить.
Поспешно вошедший в комнату Рэйни, вместе с приставленным ко мне папочкой демоном, застали весьма пикантную картину. Я как раз пыталась сделать очередную попытку привстать с пола и у меня это в очередной раз не получалось. Сильно я все-таки Нэльда обидела, раз он меня так неслабо "приложил". Сволочь длинноухая! Голова кружилась, ноги совершенно не хотели поддерживать в вертикальном состоянии тело и все время пытались подкоситься, для того, чтобы придать этому самому телу более удобное горизонтальное положение.
Только вот подобной роскоши не смотря на то, что и очень хотелось, позволить я себе не могла. Поэтому при появлении в поле все время расплывающегося зрения парочки демонов, которые то и дело норовили раздвоиться в общей сложности до четырех, я, упав в ловко подхватившие меня руки Растуша, нахально ему скомандовала:
— А теперь немедленно тащи меня к "папочке"!
— Но… Правитель мне сказал, что с Вами будет Ваш жених.
— Не будет. Правитель светлых, как раз вот только что разорвал нашу помолвку. И удостоить моего "родителя" визитом категорически отказался.
— Но…
— Никаких "Но"! Быстренько смываемся отсюда, пока этот чокнутый эльф не вернулся. А то вдруг решится еще какую-нибудь гадость напоследок мне сделать. Ведь мы сейчас находимся в его владениях, и благодаря численному перевесу его охраны, он сможет сделать с нами все что пожелает. А пожелать он может все, что только взбредет в его ненормальную голову.
— Но…Правитель…
— Растуш, со своим отцом я разберусь сам. Так что давай, доставай свой переходник и вытаскивай нас отсюда…
— Но…
— Никаких "Но"! — Рявкнула я на отцовского осведомителя, и с ехидцей ему сообщила:
— Мне — то что? Меня-то он, понятное дело, как обычно в кровать потащит, и это обстоятельство я уж как-нибудь переживу. А вот от вас двоих он может запросто избавиться, чтобы не мешались… Да и "папочка" мой явно не придет в восторг когда узнает, что из-за твой медлительности меня насильно лишили невинности. Вот как ты думаешь, мой следующий жених, принц вампиров, очень сильно расстроится, когда узнает, что в супруги ему пытаются подсунуть уже довольно подпорченный товар? И кто во всем этом окажется виноват?
После этого моего вопроса Растуш, слегка побледнев от осознания совершенно не радужных перспектив в его дальнейшей жизни, наконец, начал действовать. Вытащив из-за пазухи невзрачный кулон из темно-зеленого камня, обработанного в виде капли, положил его на пол, и слегка проведя по внутренней части ладони вытащенным из-за голенища сапога небольшим ножиком, стряхнул несколько вытекших из пореза капель крови, на амулет. Тот сразу же вспыхнул ярко-красным цветом, отблески которого очертили идеально ровную окружность, в центре которой находился раскаленный камушек.
