— Идиот! Ты вообще хоть когда-нибудь начнешь головой думать? — Недовольно зыркнув своими глазищами на меня, с ошарашенным видом вслушивающегося в этот бредовый разговор, мужчина подтолкнул своего "сынулю" в сторону выхода и кивком подозвал к себе беловолосого.
— Рэйни, за мальчишку отвечаешь собственной головой! Смотри, чтобы он до самого отбытия не смел и носа из этой комнаты высунуть!
Я ошарашено наблюдал за тем, как после этих слов, красноглазый быстро прошел к выходу из комнаты и ощутимо пихнул в бок, застрявшего на пороге "сыночка", жадно поедающего глазами мое тело. Зашибись как все тут стремно. И ни одной, более-менее правдоподобной мысли на счет того, что же здесь все-таки творится… Как-то это все дико и нереально. Может быть, я сейчас просто сплю и мне кошмары такие неадекватные снятся? Вполне возможно. Особенно если учесть то, что когда эти двое моих так называемых родственничков развернулись ко мне спинами покидая комнату, я увидела у каждого из них по… хвосту… Нервно извивающемуся и бьющему пушистым кончиком по ногам своих удаляющихся хозяев. Блин, вот это даааа. Прямо как настоящие…
Когда же эта чересчур даже для этого места странная парочка поспешно удалилась, я задумчиво посмотрела на замершего посреди комнаты выцветшего блондина.
— Послушайте, эмм, Рэйни. А что это вообще такое сейчас было? — Мужчина, очнувшись от глубокой задумчивости, в которой провожал посетителей взглядом, нервно вздрогнул и быстро обернулся ко мне.
— Вейлен. Вы с ума сошли? — Здоровяк подскочил к кровати и навис надо мной с весьма сердитым выражением на лице. — Да как Вы осмелились с отцом так разговаривать? И брата, зачем ударили? Ведь до отъезда всего один только день подождать осталось! Я же просил Вас немного потерпеть…
— Какой еще отец!? Какой брат? Какой на хрен отъезд? Ты что, издеваешься? — Заорала я, снова вскакивая с кровати и возмущенно тыча пальцем в грудь белобрысого. — И вообще, я требую объяснений! Кто вы все такие, и что я делаю в этом дурдоме?! И где мой настоящий отец?!
— Кто мы такие… — Как-то слишком уж рассеянно переспросил мило побледневший прямо под цвет своих волос Рэйни и настороженно отошел от меня на пару шагов назад.
— Учитель, я же Вам говорил… — Мальчишка, о котором уже все позабыли, решил- таки отклеиться от стеночки и напомнить о себе сам. Тихонько подойдя к белобрысому и бесцеремонно тыча в меня указательным пальцем наябедничал:
— Он и меня, как очнулся, не узнал. Спрашивал кто я такой и где он находится… Наверное, это от того, что Молодой господин головой здорово треснулся когда с лошади падал, вот ему всю память и отшибло.
— Лийзэн. — Мужчина, неохотно отведя от меня глаза, перевел их в сторону брюнетика. — Из нас с тобой двоих, лекарь все-таки я. И думаю, мне гораздо виднее, что случилось с… принцем. А свои догадки советую тебе держать при себе. Узнаю, что языком лишнее болтаешь, собственноручно его оторву… Вместе с головой. Понял?
Мальчишка понял. Быстро кивнув сердитому дяденьке, повинуясь его приказу притащить для меня чего-нибудь съестного, шустро выскочил из комнаты.
После того как дверь за невероятно быстрым парнишкой захлопнулась, так называемый лекарь опять обернулся ко мне и с крайне недовольным видом замотал в сдернутое с кровати покрывало. Легкий толчок в плечо и я падаю на мягкую перину спиной вниз. Неужели опять? Да сколько же можно со мной так обращаться? Орут, толкают все кому не лень… И это больного несчастного человека, то бишь меня…
— Итак, — Спокойно усевшись на кровать рядом со мной, и пристально посмотрев мне в глаза, мужчина поинтересовался:
— И кто же ты такой?
— Не такой, а такая! Меня Нина зовут! И я не парень! — Чуть ли не прорычала в ответ и попыталась сесть на кровати. Не дала мне этого сделать тяжелая рука, надавившая мне на лоб и тем самым опять припечатавшая к перине.
— Даже так… не парень… — Тяжело вздохнув, мужчина посмотрел на меня какими-то вдруг ставшими невероятно усталыми глазами. — Ну что ж. Хочу тебя огорчить… не парень Нина. У тебя появились проблемы. Большие такие проблемы.
— Да поняла уже. — Зло фыркнула я и попыталась выбраться из стягивающей меня ткани. Безуспешно. Спеленали меня на совесть, так что самостоятельно выбраться, скорее всего, не получится.
— Хорошо, что поняла. Это уже легче. Значит теперь можно поговорить серьезно.
— Валяй, говори… — Буркнула я, и, оставив бесполезные попытки освободиться, устроилась на подушках как можно удобнее.
— Я так полагаю, что жить ты хочешь… Нина?
— Глупый вопрос. Конечно, хочу.
— А раз хочешь, то сейчас выслушаешь все, что я тебе расскажу с особой тщательностью и постараешься все это запомнить.
Рассказал. И по мере этого его рассказа глаза мои становились все больше, а челюсть все ближе к полу, на которую вот-вот грозила упасть, отвалившись окончательно.
