Да, она и правда оказалась незнакомкой. Я её раньше нигде не видел. И, что самое интересное — она была возрастом примерно как я. То есть, девушка обладает настолько уверенной походкой в семнадцать — восемнадцать лет. "А у нее хороший потенциал…"
Она была на невысоких каблуках, в узенькой чёрной юбке-карандаш и белой блузке. На глазах очки. В общем — деловая дама. Я бы её министром каким-нибудь назначил.
Пока шла — не обращала на меня никакого внимания. Будто она одна в этом мире, а я здесь и вовсе не сижу. Девушка приблизилась к прилавку, и, нагнувшись, взяла специальными щипцами какой-то пирожок — скорее всего, с капустой, аккуратно положила его в тарелочку и пошла на кассу. Возле неё подцепила чайный пакетик и забросила его в кружку. Нажала на кнопку термоса и из-него ровной струйкой полилась горячая вода.
Пирожок с чаем — вот все её аппетиты.
Жирная баба быстренько подлетела к окошку и с улыбкой на всю широченную рожу рассчитала девушку. Даже предложила ей разогреть пирожок, тварь. Не тыкнула ей за спину, а предложила сделать это самой. Девушка отказалась и молча прошла за один из десятков свободных столиков. По счастливому стечению обстоятельств — он оказался не так уж и далеко от меня. Так что я мог разглядеть незнакомку получше.
Все её действия выглядели доведёнными до совершенства. Казалось, что она и есть тот самый платоновский "эйдос". Ни одного лишнего шага, ни одного ненужного вздоха. Всё было чётко, размеренно, элегантно.
"Как можно так прекрасно поедать пирожок…?"
Когда девушка пила чай — не было слышно ни звука.
У неё были каштановые длинные волосы, аккуратно убранные за уши. Очки сидели на носу, как влитые. В очках отражалось уходящее за горизонт солнце и я, наблюдавший за ней.
Когда она ела и пила, то смотрела куда-то вперёд и одновременно в никуда. Была погружена в свои упорядоченные мысли. Наверное, мысли эти тоже были совершенны.
Я не сомневался, что она аристократка. Но, почему сейчас, тридцать первого августа, вечером, она сидит в этой столовой? Ведь в основном все аристократы живут у себя, а общага, по большей части, для простолюдинов. Получается, она то самое исключение, как и Михаил?
"Может, заговорить с ней?" — В голову пришла неожиданная мысль. Но я, как застенчивый восьмиклассник, почему-то не решался её реализовать.
Я периодически кидал на неё взгляд, и быстро переводил его на что-нибудь другое. Боялся, что она посмотрит в ответ.
*БАМ*
Я попался.
Меня поймали за руку, как дешёвку.
Девушка ответно посмотрела мне в глаза, и я взорвался изнутри. Словно она была Кларком Кентом, который поджарил меня своими лазерами.
Я, конечно, тут же отвёл глаза в сторону, но… это не спасло меня. Когда через десять секунд вновь решил посмотреть на девушку, дабы убедиться, что она больше не глядит, обнаружил, что ничего не изменилось.
Аристократка всё так же сверлила меня взглядом, и я не знал, куда себя деть. Оставалось только одно — заговорить.
Так как в столовой была почти гробовая тишина, то мой голос пронёсся по всей её площади.
— Привет, ты с общежития? — Спросил я у неё.
— Да. — Чётко ответила она. Голос девушки достиг моих барабанных перепонок, и сладостным мёдом остался на ушах.
— Но…ты не похожа на простолюдинку. А аристократы, обычно, живут у себя. — Сделал я девушке скрытый комплимент, сам того не желая.
— Ты прав. — Сказала она. — Но обстоятельства вынудили меня переехать.
Уточнять, что это за обстоятельства, было бы неэтично. Поэтому я не стал продолжать эту тему.
— Всё из-за отца. — Но девушка, видимо, решила иначе. — Этот кретин совсем меня доконал. Вот я и перебралась сюда. — Объясняла она. И при каждом слове об отце, весь вид её потихоньку начинал терять в идеальности. Она становилась… живее?
— Бывает… — С прискорбием в голосе ответил я.
— Представляешь, — девушка отхлебнула чая с характерным звуком и стукнула кружку о стол, — он хотел отправить учиться меня в другую академию! Сказал, что учиться с простолюдинами — позор!
— Ого… — "понимающе" вздыхал я.
Девушка разошлась не на шутку. Она начала без конца поносить своего отца. А я ведь… совершенный для неё незнакомец. И тут на тебе. Сразу это. Но, чего уж тут. Хоть и грязь, но из уст такой девушки я готов послушать.
Вот так, под шумок, прошло уже около десяти минут, и только тогда девушка, которая совсем недавно была просто идеалом, а теперь выглядела обиженной на отца маленькой плаксой, закончила.
Когда в столовой снова повисла тишина, она вдруг одёрнулась, словно поняла, что только что произошло. И вновь попыталась войти в образ идеальной дамы. Но… получалось не то что бы очень хорошо.
Движения были уже не такими плавными, уверенными. Взгляд не вселял прежнего трепета.
— А зовут-то тебя как? — Всё-таки поинтересовался я у девушки.
— София. — Представилась она. — София Александровна Горчакова. — А тебя?
— Сол. Солон Вест. — Сказал я, решив не нарушать традицию Джеймса Бонда.
— Очень приятно. — Девушка протянула мне руку в знак знакомства, хотя я сидел через столик. Пришлось встать и пожать её.
— Взаимно, София. — Не стал я нарушать этикет.
