На вторые сутки, в наш лагерь прибыл младший управляющий земельной конторы лер Свиртки. Совершенно несобранный юноша под двадцать лет, с всклокоченной гривой кудрявых волос на голове и болезненной худобой тела. Этот Свиртки оказался «швитким» парнем, с живым и хорошо подвешенным языком, без запинки обильно жестикулируя принявшийся рекламировать свой товар, мертвым грузом проходящий по гроссбухам его канторы.
— Вот посмотрите, какой прекрасный образец архитектуры короля Фердиса Второго! — Мы уже пол дня кружили по этому дачному поселку, переходя от участка к участку и рассматривая очередной «прекрасный образчик» архитектуры того или иного столетия. — Некогда дом принадлежал купцам Пострамонте, известной в свое время, ну а ныне разорившейся семье.
День в пустую, второй. Мы с графом наматывали по кругу выслушивая словоохотливого земельщика, но так и не находя приличного дома. А что поделаешь, коли все, что не потребно, все, что по тем или иным причинам не поддерживается семьей и соответственно вниманием со стороны пусть и минимальных денежек, уже за пару лет не отапливаемой зимы склоняется на бок, продувается разбитыми окнами и зияет в небо здоровенными дырами в кровле.
— Свиртки. — Признаться я вымотался и уже даже не помышлял о дешевом варианте, склоняясь к тому что бы купить дом у живых и здравствующих хозяев, а не выгадывать барыши влезая в аферу с этими полу развалинами. — Мы так можем кружить вечность, давайте мы с графом будем показывать вам пальцем на ту или иную усадьбу, а уж вы нам будете говорить, есть ли возможность ее выкупа и кому она принадлежит.
Граф с благодарностью мне отвесил поклон, так как похоже ему тоже до чертиков надоели эти экскурсы в прошлое и брожения по местам археологических раскопок, а не приличных строений.
— Как вам будет угодно господин барон! — По лукавому взгляду, я вольно невольно но предположил, что похоже именно этого и добивался этот торгаш, специально водя нас по самым худшим местам, что бы потом погреть руки на нашем отчаянье. Ну да, на том похоже и живет засранец, это его хлеб, масло и что они там себе любят намазывать поверх всего этого хозяйства?
Не мудрствуя лукаво тут же решил проверить гипотезу, ткнув пальцем в довольно солидный земельный участок с высоким каменным домом своими арочками и миниатюрными башенками повторявший изысканный замок. Он мне уже давно глаз мазолил, все это время мы старательно обходили его стороной, хотя я совершенно четко видел что дом явно пустует, причем не один год.
— О нет, ваше благородие! — Свиткич выронил папку с грамотами, что прижимал до этого с любовью к своей груди. — Что угодно господин барон только не дом старого Фельма!
— Это почему же? — Я промок под вновь начавшимся дождем, проголодался и изрядно подустал, что бы плестись куда-то сегодня еще.
— Как вы разве не знаете? — Он захлопал глазами. — Арк Фельм бывший торговый магнат, некогда личный поставщик оружия для королевской гвардии, баснословно богатый человек, правда, без титула, пользовался личной протекцией короля…
— И? — Не совсем учтиво перебил я поток его словоизлияний.
В общем и целом занятная личность оказалась, о которой, что при жизни, что после смерти ходили множество слухов.
— Стоп, стоп! — Десмос замахал руками на Свиткича. — Дом с привидениями?
— Ага. — Потупил взгляд паренек.
— Демоны преисподней! — Граф расхохотался. — Барон, я почему-то, другого я от вас и не ожидал! Давай Свиткич, беги в контору, мы берем!
Уже к вечеру наш обоз въехал во двор усадьбы, с трудом распахнув створки заржавевших кованых ворот, в три слоя обмотанных толстой цепью, с больших амбарным замком. Красиво. Здесь когда-то было наверняка очень красиво, до сегодняшнего дня, когда все побило ржавчиной, а полы и стены покрыла многолетний ковер из пыли и серого запустения.
Своя конюшня, кузня, разбитая ныне мародерами оранжерея, где вместо стекла были искусно подобраны слюдяные пластины. Огромный зал, искусно украшенный камин, множество комнат, чего тут только не было. Это и вправду был миниатюрный замок, в который в свое время вкладывалось много сил и финансов, благодаря чему даже по прошествии стольких лет дом по прежнему был основательным и крепким.
— Какой странный пол. — Озвучила общую мысль Ромашка, когда мы, наконец, более или менее раскидали вещи по комнатам и собрались в лице Априи с графом в общем зале, где нам накрыли ужин. — Никогда раньше подобного не встречала.
Здесь так не строили. Черная и белая плитка большого формата повсеместно устилала особняк от конюшни и кухни до самого чердака, в четком геометрическом порядке. Даже дорожки для прогулки по саду были исполнены в этом стиле.
