— Что с ней? — Мы с Паскалем проводили гордо выпрямленную спинку, его сестры не оглядываясь скорым шагом удаляющуюся от нас.
— Женщины. — Пожал плечами принц. — Что тут еще сказать?
— М-да. — Я последовал за принцем, подстраиваясь под его шаг. — Не подскажите ваше высочество, чего ожидать на приеме?
— Нуть, муть, бла-бла-бла речи и море фальшивых улыбок. — Улыбнулся мне он. — Ничего особенного, ну разве что оценим с вами новое тело императора.
— Вы в курсе? — Я удивленно уставился на него.
— О, я вас умоляю барон. — Он отмахнулся рукой. — Я без малого уже скоро тридцать лет в этой семье, для меня все эти марьяжи папеньки с бабулей, как кость в горле. Меня больше удивляет, откуда вы в курсе самой сокровенной тайны нашей фамилии.
— Мне пришлось, если помните, быть невольным участником того зимнего бала. — Несколько сконфужено произнес я. — Там собственно, мне и довелось коснуться всего этого, причем напрямую через…э-м-м…
— Дедушку? — Он тихо рассмеялся. — Да, папенька моего папеньки, призанятнейшая личность.
— Да уж. — Я невольно сжал кулаки при мысли об императоре.
— Сколько себя помню, он практически всегда незримой тенью нависал над нашей семьей. — Паскаль задумчиво покачал головой. — Сложная личность. Мы иногда общались, я по молодости не понимал этого, просто неуловимо что-то менялось в людях, которых я знал всю свою жизнь. Мои мягкие, учителя наставники, вдруг приобретали сталь во взгляде и говорили странные, тяжелые вещи. Знаешь барон, он весьма и весьма умен и дальновиден, я многое смог почерпнуть из наших с ним бесед.
— Ваше высочество. — Я покачал головой.
— Да барон? — Он внимательно на меня посмотрел.
— Если вы когда-нибудь в будущем меня спросите. — Я вежливо склонил голову. — То знайте, больше половины из того, что он вам наверняка говорил, стоит немедленно выбросить из головы и забыть, так как более опасных, холодных и жестоких людей мир наверняка еще не знал.
— Наверное, я вас понимаю. — Он покивал своим мыслям. — Правда, открытым остается весьма существенным вопрос, а человек ли он вообще?
— Хороший вопрос, ваше высочество. — Хмыкнул я. — Хороший…
Мы вошли в приемный зал, где герольды бегали взмыленные, пытаясь расставить всех, согласно занимаемых должностей и статусов. Не знаю на счастье или нет, но принц властным поднятием брови отогнал от меня всю эту шушеру, установив мою скромную персону непосредственно рядом с собой по правую руку. С одной стороны вроде как приятно, с другой стороны сразу же ощущаешь на себе целую кучу колючих взглядов стаи товарищей, что, несомненно, не в курсе того, какого это спрашивается лешего, какой-то сопляк удостоен милости стоять у левой пятки любимого господина.
Я тяжело вздохнул, похоже, из сидячих мест сегодня предусмотрены, лишь два трона, для его величества и его королевы, остальным, придется все это беспутство мировой политики вынести на ногах.
— Начинается. — Тихо шепнул мне через плечо принц. — Давай натягивай лучшую свою улыбочку.
— Еще чуть-чуть натяжки, и лицо по краям разорвется. — Тихо так же шепотом ответил я.
От дверей взревели трубы, слуги расшаркались ножками и замахали цветными знаменами, после чего створки наконец-то раскрылись, пропуская внутрь так долго ожидаемых гостей. На мое удивление, первым в зал вошел не император, а громадный бритоголовый мужик чье лицо, словно паутиной пересекали сотни больших и маленьких шрамов. Широкие мощные плечи, строгий черный наряд расшитый серебряной нитью и пусть несколько аляповато выглядевшая из-за множества фигурных блях, но вполне ноская и функциональная разгрузка, перетягивающая грудь и торс здоровяка. Ого! А я ведь видел подобные наборы ремней, точные копии носили рейнджеры империи, похоже, дядечка серьезен как нож у горла.
— Татум Герд Шредерграм! — Объявил мажордом, от дверей продолжая выкрикивать еще какие-то титулы вояки.
— Это армия империи, и ее разведка, во всей своей красе барон. — Все так же шепотом просветил меня принц. — Если хотя бы половина слухов о нем, правда, то бабушкин цепной пес Гербельт, по сравнению с ним скромная четырнадцатилетняя послушница храма, видевшая мужчин, лишь на картинках в книжках.
— Жуткий тип. — Выдал я свое резюме Паскалю.
— Нет. — Едва качнул отрицательно тот головой. — Сейчас приготовься, вот кого стоит бояться.
— Танис Ром Вапорт! — Произнес объявляющий гостей, а я в ожидании монстра глупо растянулся в лице.
В дверь, слегка прихрамывая и опираясь на резную черную тросточку, вошел седой и сгорбленный, сухой как палка дедулька, с гладко выбритым лицом и необычайно живым и умным взглядом.
— Вот Ульрих, вот как выглядит самый опасный человек на той оконечности света. — Тихо рассмеялся принц. — Кстати ты не знаком случайно с самым опасным человеком с этой оконечности?
