— Эй, у тебя там что, была невеста что ли? — удивилась Лука, глядя на меня. — Ну… там, дома?
— Не, — улыбнулся ей я. — Но я вечно в шутку обещаю Ласле жениться на ней. Думаю, это считается.
— Э не, брат, — подергал бровями Эллиот. — Королева моя и только моя. Иди гладь перышки свой сипухе.
— Чтобы заполучить королеву ее еще расколдовать надо, а чет ты, Элличка, этим не занимаешься, — хихикнулая Лука, ухватив рыцаря за щеку. — Вот хорошо быть тобой! Свалиииииииил всю работу на Ганса и радуешься!
— Я придумала вопрос, — будто проснувшись, вклинилась Джус, а рыцарь стряхнул раздраженно руку лисицы со своего лица. — Я никогда не переодевалась в противоположный пол!
— Кажется мы с тобой, Элли, опять останемся в дураках, — загнула Лука палец.
— Мда… — согласился я, загибая палец. — И я с вами.
— Ганс! — аж облизнулась от радостного возбуждения лисица. — Каких еще ваших грязных тайн мы не знаем?!
— Меня на спор переодела компания, в которой я пил, — потупился я. — Это было на какой-то праздник, вроде.
— Я бы на это посмотрела, — оскалилась Лука. — Эллиот, Джус, предлагаю союз.
Глаза этой троицы нехорошо заблестели и я понял, что влип! Хотя… какая уже разница. Мне осталось задать всего один наводящий вопрос, ради которого все и затевалось. И это нависшее надо мной наказание сейчас мне только на руку.
— На меня никогда не накладывали проклятья, — сказала Лука, и я тут же загнул палец.
— Кстати о проклятье, — улыбка сама собой заиграла у меня на губах. — Есть у меня одна идея по поводу того, как расколдовать Ласлу.
— О! — оживился Эллиот. — И когда? И как?
— Пока не знаю точно, — я повернулся к Луке. — И, раз уж ставки так поднялись, скажу вот что. Я никогда не скрывал от принцев важную информацию о королеве.
— Ой, да ладна тебе, — сказала весело лисица, но палец не загнула. — На-ка, выкуси. Я не скрывала от тебя ничего полезного, Ганс. Уймись, а то станешь таким же параноиком, как…
Договорить она не успела, так как из-за моей спины раздалось пронзительное, свистящее шипение. Лука то ли протрезвела, услышав его, то ли просто, как в тот раз, перестала притворяться. Глаза ее прояснились и она уставилась на меня колюче, заинтересованно. А я достал из складок пледа подаренную мне кофейным кронпринцем статуэтку — змею в наряде стражника — и поставил ее на середину стола.
— Загибайте палец, Луреция сона Инги, — сказал я, хитро ей улыбнувшись.
— Как жаль, как жаль, — поджала губы Лука. — А я так надеялась что ты чуть подольше останешься добрым, не способным на хитрости ребенком…
— В лисьей норе и самому недолго хвост отрастить, — ответил ей на это я, а потом сложил руки в замок, положил на этот замок подбородок и уперся локтями в стол. — А теперь скажи, что я упустил? Какую еще грязную историю прячет от меня моя возлюбленная, не желающая чтобы я лишнего волновался, сестрица?
Лука подняла руки раскрытыми ладонями ко мне.
— Я сдаюсь, ваше высочество, — сказала она. — Хорошо, ты все узнаешь. Но цена будет высока, Ганс. Ты сам захотел, и видит свет-птица, не из моих губ ты услышишь так желанную тобой правду. Тебе не понравится.
— Там нечто настолько отвратительное? — спросил я осторожно.
— Весьма, — кивнула Лука, а потом, опустив руки на стол, добавила. — Через пять дней съезди, навести свою старую няньку. Она так ждет твоего визита, а ты уже полгода не едешь.
Я прикусил губу. Да уж, я так и не нашел в себе сил повстречаться во второй раз со старой соной Лони. Значит, пришло время?
— А теперь давайте играть дальше, — Лука загнула палец и хитро улыбнулась Эллиоту. — Давай, мелкий, я на тебя надеюсь. У него всего-то два пальца осталось!
— Я никогда не носил лисью маску, — сказал Эллиот невозмутимо.
— А я никогда не не состояла в Вадгардской гильдии воров, — добила лису Джус.
— Ах ты заяц! — подскочила Лука, не забыв загнуть последние два пальца. — Ты с ними сговорился!
— Нет, подруга, — ухмыльнулся Эллиот. — Просто этот парень слишком красиво тебя уделал, чтобы не переметнуться на его сторону. К тому же это мужская солидарность…
К дому старой няньки я ехал с плохим, просто ужасным предчувствием. Передавалась моя нервозность и Кае, что тряслась в седле гнедой лошадки впереди меня. Потому ехали мы до остервенения быстро, не сговариваясь решив покончить со всем этим поскорее. Коляску даже с собой не взяли, чтобы не мешалась. В конце-то концов ноги все еще меня держали, хотя ходить я мог только по стенке или держась за кого-либо. Одно время я подумывал костыли выпросить, да не решился. Все боялся, что перегружу слабые нижние конечности и они снова откажут.
Двухэтажный дом стоял в окружении луж — не так давно начался сезон дождей, что-то наподобие нашей осени. Листья с деревьев облетали, хотя бы раз в неделю лило как из ведра и частенько громыхало. Не смотря на это все равно было жарко, а в связи с повышенной влажностью — еще и душно как в парилке. Кая, правда, обещала, что скоро похолодает, но не на долго — всего месяца на два-три. А потом природа обновиться и снова повиснет над континентом адское драконово пекло.
