По кивку азари, молчаливый турианец из её свиты взял инфокарту и, вставив в планшет, развернул экран к хозяйке.
— «Алотан» и «Хланит 53», — Ария чуть прищурилась, пробегая взглядом по строчкам. — Неплохо. Цена?
— Средняя по Иллиуму, — пожал я плечами. — Минус пятнадцать процентов. Танкеры твои.
— Двадцать пять, — бросила азари, не поднимая взгляда.
— Пятнадцать, — повторил я. — Ария, ты на нем как минимум в полтора поднимешь. Те корпораты, что сюда заходят, будут в восторге от того, что на дозаправку мотаться не надо.
— Хорошо, пятнадцать на эту партию, десять на следующую, и считай меня одним из постоянных клиентов.
— Ария, — я укоризненно посмотрел на хозяйку «Омеги», — понимаю, что совесть тебе не положена по статусу, но откровенный грабеж твое величество тоже не красит. Десять на эту партию и пять процентов постоянной.
Вообще-то в перспективе даже такое предложение было не самым выгодным, — услышь его сейчас Барла, загрыз бы нафиг. Но это если в перспективе. Деньги-то мне нужны здесь и сейчас, а не в будущем, плюс, такой клиент как хозяйка «Омеги» гарантировал заводу практически стопроцентную неприкосновенность со стороны криминала Термина. Хотел бы я посмотреть на отморозка, что рискнет перейти ей дорогу. Тем более сейчас, когда она ещё не отошла от недавнего покушения на свою власть и способна прибить даже за косой взгляд.
Азари с минуту помолчала, явно удивленная моей покладистостью, наконец, медленно кивнула.
— Десять и пять, договорились. Кантос, займись, — приказала она молчаливому турианцу. — Танкеры пусть подгонит Лирок, и меня не волнует, где он их найдет. Всё, иди.
Закончив раздавать указания и отослав подручных заниматься делами, Ария сложила вместе кончики пальцев, внимательно уставившись на меня.
— Шепард, очень не люблю, когда чего-то не понимаю.
— А что не так-то? — Я нарочито удивленно вскинул брови.
— То, что тебе надо срочно освободить склады — понятно, — Ария по-прежнему не сводила с меня пристального взгляда. — Но вот постоянные пять процентов…
— Ты вообще десять требовала! — возмутился я, демонстрируя оскорбленную невинность.
— Шепард!
— Ох, ладно. Считай это жестом благодарности.
— Благодарности? — теперь уже бровь азари поехала вверх.
— Ты меня обедом накормила, помнишь?
— Шепард, воздержись от демонстрации своего остроумия, — процедила Ария, сверкнув глазами. — У меня нет настроения выслушивать плоские шутки.
— А я не шучу, — без тени улыбки заметил я, отодвигая лассэ и наливая себе виски. — Это трудно объяснить, но, если хочешь, попробую. Правда, выйдет долго.
— Не тороплюсь.
— Ну, тогда слушай.
Сделав пару глотков, я покачал бокалом, рассматривая блики на стекле, поднял глаза на Арию.
— Два года назад заголовки газет пестрели сообщениями обо мне, рассказывая всем о Спасшей Галактику Героической Героине, политики Альянса наперебой выражали искреннюю гордость и надувались, словно были моими духовными наставниками, а Совет Цитадели бил себя всеми конечностями в грудь, выражал, гордился и заверял, что никогда не забудет, ибо по гроб жизни благодарен. А потом, над Алкерой «Нормандию» сбил крейсер Коллекционеров. И я умерла. На два года.
Я приложился к бокалу, с удивлением обнаружил, что он пуст и налил ещё.
— Знаешь, мне было плевать, что никто не проводил расследование гибели корабля, я даже махнула рукой, что моё тело искала Т`Сони, а не родное начальство, но… угадай, что первое я услышала от человека, которого считала не только командиром, но и другом?
Я растянул губы в подобии улыбки.
— «Бегом ко мне в кабинет, Шепард». А первый вопрос советника от Альянса? Оцени: «Шепард, да как вы вообще умудрились воскреснуть?!».
Покачал бокалом, вспоминая лицо Удины, криво усмехнулся.
— Чуть позже другой человек, с которым меня связывало куда больше чем служба или… дружба, прямо в лицо мне заявил, что я предательница и шлюха.
Тряхнул головой, отгоняя проснувшуюся злость и, поймав весьма выразительный взгляд азари, вздохнул:
— Ария, это не истерика и не попытка поплакаться в жилетку. Я просто объясняю «почему». Тот обед… Когда я пришла к тебе, у меня ноги подкашивались после беготни по трущобам, а есть хотелось даже больше чем спать. Помнишь? Ты сидела вон на том диване и на всю станцию фонила злостью и нетерпением. Но, тем не менее, дождалась, пока я поем и только после этого принялась допрашивать.
Чуть грустно улыбнувшись, отсалютовал ей бокалом.
— Я оценила.
Поднес к губам, но проклятый бокал снова оказался пуст. Блин, испаряется это виски, что ли?!
Покрутив в руках, поставил посуду на столик. Ну и нафиг его тогда.
Ария, о чем-то размышляя, выудила из вазы похожий на персик плод и очистила его от кожуры. Биотикой! Что выглядело немного пугающе. Нет, серьёзно. Глядя, как ладонь азари окутывается синей дымкой и с персика слезает кожура, я как-то внезапно осознал, что угроза «сдеру шкуру силой мысли» может быть не просто фигурой речи, а вполне реальным обещанием. Вот так вот руками проведёт и…
