— Так это с завтраком. — чуть отыграл назад трактирщик.
— И? — усмехнулся землянин.
— И с ужином. — ответил улыбкой прохвост. — Но вино и эль за твой счёт.
— Идёт. — согласился ол Рей. — А пока давай, что у тебя на обед.
Он поправил на плече сумку, развернулся и направился к предпоследнему столу, на данный момент совершенно свободному.
Есть ему не очень хотелось, поэтому подбежавшей разносчице, тётке на гротескно коротких ножках, заказал лишь яичницу и кувшин эля — весьма скромно, и рабыня осмелилась поморщиться, за что получила от наёмника Анда шлепок по отвислой заднице, вызвавший ухмылку двоих парней из компании охотников или егерей, сидевших к землянину лицом за соседним столом.
Немченко не удивился бы, заиграй появившееся трио музыкантов какие-нибудь земные мелодии. Музыка из синема и иллюзионов набирала популярность и распространялась со скоростью степного пожара. Однако, княжества находились всё же далеко от Далиора, сюда новые песни добраться ещё не успели, и зазвучали традиционные для Герталы танцевальные мотивы. Впрочем, в зале никто ещё не принял достаточное количество вина, чтобы пуститься в пляс.
Беглецы появились на лестнице, когда попаданец расправился с яичницей и с трудом влил в себя половину кружки эля. Пиво он так и не полюбил, хотя за время своих довольно частых появлений, что называется, под прикрытием, бочку этого напитка в общей сложности уже выпил.
Собственно, ол Рею только и требовалось, что прицепить слухачей к обоим, и к Алеку, и к его спутнику Жермину, но вначале распознаванием определил княжича как адепта земли аж девятого ранга, правда, пока освоившего лишь третью ступень. Ну, для его возраста, восемнадцать-девятнадцать лет, это вполне неплохо.
На все магические действия ушло буквально пара секунд, и Немченко закрыл свою ауру ещё до того, как молодой ол смог окинуть взглядом зал.
Больше Андрею тут делать было нечего, танцевать он не хотел, да и не с кем — десяток девиц и три возрастные женщины в партнёрши не годились, у всех имелись свои спутники — поэтому, не оставив чаевых, он подошёл к трактирщику, и тот выделил ему в сопровождение весёлую молодую горничную, явно не без расчёта заработать ещё и на похотливости молодого наёмника.
Комната оказалась в самом конце коридора напротив умывальни, всё же кабатчик перехитрил нового постояльца, места в таких номерах особым спросом не пользовались.
Обстановка в комнате была спартанской — два топчана с тюфяками, сундук под вещи, стол и табурет. Порадовало, что постельное бельё влажное, значит его тут стирают.
— Я бы могла с тобой задержаться. — предложила себя девушка.
— В другой раз как-нибудь. — отказался ол Рей, от горничной сильно пахло тушёными на подсолнечном масле овощами, видимо, только что помогала на кухне. — Устал. Иди.
Грустно вздохнув, она приняла медяк и ушла, сообщив, что воды в умывальной полная кадушка, коридорный недавно натаскал.
Соседа по номеру у благородного Анда не оказалось, пока или временно, не понятно. Лёг на топчан поверх шерстяного лоскутного одеяла, не сняв штанов и рубахи. Уйдя в сумрак, потянулся сознанием к слухачам и принялся слушать беседу беглецов, взяв в руку холодную ладонь присевшей рядом с ним Тани, появившейся из глубин своей стихии.
" — Я не поеду в империю. — наигранный женский смех, видимо кто-то из красоток в зале хотела привлечь к себе внимание молодого ола, совсем не мешал слышать злой голос княжича. — И не собираюсь уступать место, которое моё по праву.
Купила баба мыло, мочало — хмыкнул землянин — наша песня хороша, начинай сначала. Борьба между опытным наставником и его горячим господином не утихает.
— Вы больше нигде не сможете рассчитывать на помощь. — сказал Жермин и раскашлялся как туберкулёзник, тяжело с надрывом. — И в княжествах нам опасно. С каждым днём угроза нарастает. За нами следят не просто так.
— Лопарт, князь Лопарт. К нему надо ехать. Когда-то он был влюблён в мою матушку.
— Это было давно, княжич. Да и не так всё было, как княгиня вам рассказывала. К тому же, вы больше похожи на отца, а с ним у Лопарта была сильная вражда, не меньше, чем с вашим дядей Рошером.
Оба на какое-то время замолчали, слышалось только, как они едят. Затем молодой ол ответил:
— Я скажу, что Рошер мою матушку отравил.
— Но это же неправда.
— И пообещаю вернуть Оливковую долину.
Слушать дальше смысла не имело, планы княжича, как и то, что его упрямство сломить не удастся, стали уже ясны, да и подруга взглядом явно намекала о наличии более интересных занятий, раз уж у её адепта выдались свободные часы.
Андрей окончательно решил вмешаться в судьбу Обринского княжества, уж больно заманчиво было получить личный плацдарм на территории гертальской Швейцарии. Конечно, он помнил сентенцию про услугу, которая, будучи оказанной, перестаёт чего-либо стоить, но резонно полагал, что на него она не распространится. Оказаться неблагодарной скотиной в отношении десятирангового адепта тени для княжича может выйти очень дорого.
