Видимо, я наступил на больную мозоль купчишки, поскольку он начал активно убеждать меня, что молодость — не порок, а достоинство. Ещё немного, и мне казалось, он запоёт: «Что проку в этих скучных стариканах?!»
— Хорошо, — прервал я этот словесный водопад. — Вы убедили, что молодым надо давать дорогу. Тем более, что у меня есть и другие прожекты, требующие не только много денег, но и времени, которого у стариков не так уж и много.
Потом наш диалог почти слово в слово повторил беседу с Беспаловым, и Маслов в сопровождении другой полусотни отправился к себе. Отлично! Теперь лишь остаётся дожидаться развязки. «Лишь ждать». Ага... Это самое тяжёлое — ждать, когда кто-то проливает кровь за твои интересы, а ты и хотел бы помочь, но не можешь.
Часовая стрелка (минутную стрелку уже придумали, но часы с ней продавали за безумные деньги) двигалась очень медленно. Прошёл уже второй час, и начинался третий. Я уже начал изводиться от неопределённости, и приготовился ехать и всё узнавать лично, поскольку я был один, но вот наконец-то прискакал посыльный.
— Ваше Высочие! Дом Маслова взят!
Уф! Один камень с души снят. Что делать? Ехать туда или ждать сообщения из дома Бессонова? Пока расспрашивал посыльного о наших потерях, пока раздумывал, прибыл и другой с подобным известием. Теперь можно спокойно ехать, хотя уже почти ночь. Ну, это и к лучшему, наверное, поскольку меня в течение нескольких часов никто не потревожит.
До дома Маслова мы добрались за полчаса. Ворота закрыты, но за ними едва слышны разговоры. Послал посыльного стучаться. После недолгого разбирательства одна створка открылась, и я въехал внутрь. Никаких трупов в небольшом внутреннем дворе не увидел. Как и следов крови.
— Господин лейб-гвардии капитан! — это сержант Беляков подбежал ко мне. — Все супостаты обезврежены. Наших потерь всего пятеро легкораненых и один тяжелораненый. Послали за доктором Лином.
— Как всё прошло?
— Въехали мы сюдой с купцом. Евойная стража обомлела, конешно, и за копья схватилась, но Маслов объяснил, шта нужоно ко встрече с наследным принцем готовиться и оружие убрать. Многие в оружейку усё снесли, но и таковые, шта тесаки схоронили, были. Вот, когда стали мы усих вязать, то малёхо и порубились.
— Что с Масловым? — спросил я, поморщившись от подобного народного слога, на который иногда неосознанно переходил сержант.
— Лежит связанным в доме.
— Веди.
Меня провели к полутёмной лестнице и мы вошли внутрь. Купчишка, как и было доложено, лежал связанным с кляпом во рту. Мне принесли стул. Я уселся и стал осматриваться. Как и многие дома относительно богатых людей, дом был двухэтажный. Стены первого этажа были каменными, второго — деревянными. Обстановка была с претензией к роскоши, но чувствовалось отсутствие женского влияния, так что безвкусные вещи соседствовали с изящными. Дрова весело потрескивали в печи, и мне постепенно становилось жарко. Пришлось снять тёплую накидку.
— Рассказывай, Маслов, как ты дожил до такой жизни, — устало спросил я.
Купец замычал. Ну да, с кляпом во рту много не наговоришь.
— Это не я, Ваше Высочие! — затараторил молодой человек, когда вынули кляп. — Это всё Беспалов. Он меня подговорил, запугал. Если бы я ослушался, то он бы меня порешил.
— Ага. Значит, он тебя заставлял, а ты сопротивлялся?
— Да, Ваше Высочие! Я не виноват!
— Хорошо! Значит, будешь сотрудничать со следствием?
— Я всё расскажу, только не убивайте!
— Тебя ещё никто не собирается убивать. Сейчас тебя развяжут, и ты на бумаге изложишь всё, что знаешь: когда Беспалов предложил тебе обманывать других купцов, кого и как, сколько денег с этого получили, кто из чиновников был в доле и прочее. Как видишь, я тебя не собираюсь пытать. А знаешь почему?
— Почему, Ваше Высочие?
— Потому что я добрый. Я не люблю, когда людям без причины пускают кровь и вытаскивают из живота кишки. Ты же не хочешь, чтобы твои кишки валялись здесь на полу?
— Н-нет! — судорожно сглотнул Маслов.
— Вот и я не хочу грязь разводить. Так что садись и начинай писать всё, что знаешь. Чем больше напишешь, тем тебе потом будет легче. Надеюсь, ты не будет делать глупости и нападать на моих людей? Они только и ждут этого, и каждый готов тебе нож в горло воткнуть. Постарайся их разочаровать. Просто сиди спокойно и пиши.
Купца развязали и посадили за стол. Ну а я обратился к Белякову:
— Сержант, пусть пять гвардейцев смотрят за купцом и в случае чего сразу пускают ему кровь. Кто сделает это первым, того я награжу.
— Я буду сидеть смирно, — подал Маслов голос.
— Когда он напишет всё, что знает, снова его свяжите и охраняйте.
Беляков мигом отдал распоряжение, и я с ним вышел наружу.
— Я сейчас поеду к другому дому, ну а вы тут действуйте по обстановке. Ворота без надобности не открывайте. Если будут стучаться, то всех впускать, вязать и никого не выпускать. Если отыщутся женщины, то никакого насилия. В случае изменения обстановки отправить посыльного.
Сержант козырнул.
