Пожар довольно сноровисто потушили пожарные бригады, которые уже успели набить руку при тушении пожара в Королевской Гавани, и я победно въехал в город верхом на коне. Моя армия уже заняла все ключевые позиции: мосты, порт, казармы, административные здания. Почты, телефона и телеграфа в силу эпохи здесь не было. Пентошийскую армию разоружили и заперли в казармах, город патрулировали наши части.
Вот я приблизился к Лазурному Дворцу, месту, где принц Пентоса проводит церемонии, а совет знатных семейств — заседания. Здесь я принял присягу у сорока представителей богатейших семейств города. Они принесли мне вассальную клятву и признали своим королем, преклонив колени. Пентошийский принц поступил также.
Далее в сопровождении своих людей я отправился к долгожданной и желанной цели — поместью Иллирио Мопатиса.
Ещё в Королевской Гавани Борнхольму удалось провернуть самое крупное дело всей своей жизни. Он сумел каким-то образом завербовать стюарда поместья Мопатиса по имени Алрик. Скорее всего, Мопатис как-то сильно оскорбил своего слугу и не обратил на это внимания в силу разных с ним систем ценностей, но слуга не забыл и не преминул предать своего хозяина, как только запахло жаренным. А то, что скоро запахнет жаренным, он понимал и считал, что Мопатис постарел и потерял хватку. Тот факт, что Алрик смог вести переговоры с Борнхольмом и не быть раскрытым, доказывал это. Иллирио Мопатис постарел и должен уйти на покой. За свои услуги Алрик попросил немного-немало все четыре богатейший поместья Мопатиса и место в Совете Лордов. Но это небольшая цена, тем более, что речь не шла о многочисленных сокровищах толстяка, они пойдут в компенсацию ущерба Семи Королевствам. Когда все формальности были улажены, и наша армия переплывала Узкое море, отряд высокопрофессиональных диверсантов уже был в Пентосе, и Алрик пропустил их в поместье в самый нужный момент.
Мопатис находился в подземелье своего имения, под стражей нескольких человек из особого отряда Серой Гвардии. Когда я приблизился к решётке, он поднял на меня свои мелкие, но хитрые глазки.
— Я думал, ты внушительнее, — сказал он, с любопытством разглядывая меня.
— А я думал, ты жирнее, — ответил я.
— К делу? — ухмыльнувшись спросил он.
— К делу. — Я вальяжно уселся на табурет, который мне принесли. — Где сокровищница?
Мопатис лишь отвернулся в сторону и промолчал. Не хочет говорить, значит. Ну ничего, у нас есть способы разговорить его.
— Где Юный Гриф? — в упор я задал новый вопрос. Мопатис вздрогнул, и его глаза расширились, но он отрицательно мотнул головой, продолжая пялиться в сторону. — Смотри в глаза, когда король говорит с тобой. Пёс, научи его уважению.
Сандор, который уже оклемался после события в столице, с радостью потёр кулаки. Открыли дверь, и Пёс вместе с Илином Пейном в сопровождении двух помощников вошли в камеру.
— Осторожнее, он может быть опасен! Он двигается очень легко для такой туши, — предупредил я, но один из лазутчиков успокоил меня.
— Ваша Милость, не стоит волноваться. Мы обыскали его и обезоружили, своё дело хорошо знаем. У него во рту нашлась капсула с ядом, а в складках одежды несколько ножиков и острая запонка в волосах.
Пёс подошёл к Мопатису, сидящему на койке, и врезал ему по скуле.
— Отвечай на вопросы, когда король спрашивает, жирдяй!
Толстяк прокряхтел, но и только.
— Где Варис? — задал последний вопрос.
— А вот на этот вопрос я, пожалуй, отвечу, — криво улыбаясь, проговорил Мопатис и потёр скулу. — Варис погиб в Королевской Гавани, покушение организовали вы, Ланнистеры.
— Я слышал, что…
— Это были обычные слухи, которые я распускал, чтобы запугать всех вас, заставить ещё больше волноваться и тем самым совершать больше ошибок. Я знаю, как ты опасался Вариса. Настолько, что решил убить его в первый день.
— В первый день? — переспросил я. Получается, Варис не выживал и действительно погиб тогда, с арбалетным болтом в пузе.
— В первый день захвата тела, — мстительно улыбнулся Иллирио и собирался продолжить, но я не дал ему сказать.
— Пёс, заткни его! — испугано крикнул я, на секунду поддавшись страху разоблачения. Вот за что люблю Сандора, он не строит сантиментов, сразу выполняет приказ и не тормозит. Раздался хруст, и вырубленный Мопатис повалился на койку, а Пёс, ругаясь, потряс рукой с раскрасневшимися костяшками. — Сир Илин, он ваш. Допросите его и получите ответы на все заданные мной вопросы. Сколько дней вам понадобится, чтобы расколоть такой орешек?
Пейн был профессионалом и навскидку мог определить сколько времени потребуется, чтобы расколоть кого-то и заставить его петь. Поэтому он на секунду задумался и, осклабившись, показал три пальца.
— Хорошо, я вас не задерживаю. Я пришлю сюда усиленный отряд охраны, который будет охранять Мопатиса день и ночь. Лазутчикам оставаться здесь, вы тоже пригодитесь. У этого продавца сыров есть множество сообщников, которые обязательно попытаются вызволить его на волю, поэтому будьте начеку.
Люди, находящиеся в помещении, кивнули, а я в сопровождении Пса и других сопровождающих направился к выходу.
