Когда мы находились на расстоянии, на котором было видно лишь смутные очертания домов и замка, я приказал бросить якорь.
Иные приблизились к массивным воротам, обитым железом. Ничтожная преграда перед их силой. Они приложились руками к ним и ворота начали покрываться инеем ледяной корочки. Один мощный удар по заледеневшим вратам и они рассыпались в пыль.
Армия мёртвых входила в безлюдный и покинутый город, а впереди всех шагали Иные. Люди сдали город без боя, трусливо поджали хвост и бежали.
Улицы и дома Королевской Гавани медленно стало заметать снегом.
Белые Ходоки шли по главной улице к Красному Замку и от них в стороны расползалось влияние Зимы, превращая в лёд воду в колодцах и уничтожая всякую зелёную растительность.
Король Ночи торжественно вошёл в Тронный зал, желанная цель. Его морозная свита оставила его в одиночестве, остановившись перед входом в замок. Это не их час триумфа.
Он медленно шёл по мраморным плитам и звуки его шагов эхом отзывались от высоких сводов замка.
Массивные колонны с причудливыми узорами в форме цветов, покрывались инеем и трескались.
Если бы человек был здесь, то он бы закоченел от холода в считанные секунды. Но людей здесь не было, они сбежали.
Король Ночи подошёл к подножью Железного Трона. Медленно поднявшись по ступеням на середину лестницы, он обернулся и, словно обращаясь к невидимым слушателям, торжественно возгласил:
— Век людей закончился! Наше время снова настало!
Зима пришла.
И он поднялся к самому трону. Седалище сплавненное из мечей поверженных врагов Эйгона Завоевателя не покрылась морозной коркой. Эта сталь надолго сохранила в себе силу и жар драконьего огня.
Король Ночи торжественно сел на трон.
Настала новая Долгая Ночь.
Щёлк!
Это под предводителем Иных щёлкнула нажимная пластина, замаскированная под сиденье трона.
Он не успел осознать происходящее, прежде чем жгучее зелёное пламя объяло всё вокруг.
Несколько тонн дикого огня, находившиеся под городом, взорвались, приведённые в действие хитроумным механизмом за авторством Квиберна.
Взрыв невообразимой мощности расплавил, как сосульки, Короля Ночи и Иных, стёр в пыль армию мёртвых и полностью дотла испепелил Королевскую Гавань.
Звуковая волна дважды обогнула Планетос, и её эхо, по свидетельствам некоторых, дошло даже до Асшая, где местные колдуны знатно переполошились и посчитали это каким-то знаком.
Ударная волна от взрыва чуть не перевернула одинокий корабль, чьи пассажиры собрались на борту и в безмолвном шоке наблюдали за растущим вдали зелёным грибом из дыма и пепла.
— Надо же, — в полной тишине раздался удивлённый голос короля. — Уж такого я не ожидал. Около тринадцати килотонн в тротиловом эквиваленте. Почти что Хиросима.
— Что? — спросил шокированный Давос, не отрывая взгляда от остатков столицы, видневшихся далеко вдали.
— Ничего, — отмахнулся король Джоффри и ушел к себе в каюту.
Несколько лет назад в глубоких недрах Миэринских угольных шахт, среди рабов, трудящихся и умирающих там, зародилась идея. Идея, которая в будущем будет сотрясать устоявшиеся порядки множеств государств, появилась в голове одного раба. Его имени никто не знал, как и того, сколько ему лет на самом деле. Поговаривали, что ему всего двадцать пять лет. Все звали его по фамилии — просто Стоун, он носил эту бастардовскую фамилию, потому что родился в Долине. Его настоящее имя знали лишь несколько человек, и звучало оно как Роджер, но он старался никому не называть своё имя, так как оно напоминало ему об отце, который и дал ему его. Роджер был родом из Вестероса и рос бастардом в семье мелкого чиновника, промышлявшего казнокрадством. Когда того взяли с поличным, он продал всё своё имущество, чтобы накопить на взятку, в том числе он продал в рабство своего незаконнорожденного сына. Рабство в Вестеросе было запрещено, но если сильно постараться, то можно было выйти на связь с торговцами из Вольных Городов, которые могли купить раба. Именно так поступил, например, Джорах Мормонт.
