- А куда мы теперь ползём? - спросил он с набитым ртом, чувствуя, как на зубах хрустят угольки, и стараясь говорить медленно и без тех словечек, которых Ай явно не понимал.
Тот торопливо дожевал свою картофелину, шмыгнул носом и отрапортовал:
- На плантацию хозяйки нас везут. В округ Отога. Туточки же, в Алабаме, только к северу, возле Теннесси. Утречком должны уже добраться.
- Нас - это кого? - уточнил Кей. Невдалеке он видел другие костры и маячившие возле них тёмные тени. Ещё он слышал, как неподалёку фыркают и всхрапывают лошади. Там высились повозки, на которых, видимо, и путешествовали негры. Надсмотрщики, эти уроды, скорее всего, ехали верхом. Кей видел, как они расхаживают от костра к костру - их легко можно было отличить от рабов даже по силуэтам: другая одежда, властные повадки. "Сучары грёбаные!" - с яростью подумал Кей.
- Мисс Лора добрая, она наняла повозки, - поймав его взгляд, пылко заявил Заяц. - А то бы мы пешими шли. А ты ведь болел.
Кей в очередной раз скривился и наконец буркнул, пересилив себя:
- Ясно. Чего ж... спасибо, братан, что возюкался со мною. Больше такой херни не повторится, зуб даю.
И усмехнулся, увидев, как просияли глаза Айзека.
Но тому снова пришлось выхаживать Кея уже на следующий день после того, как обоз с рабами - общим числом в две дюжины голов, - сопровождаемый тремя верховыми надсмотрщиками, прибыл в усадьбу семейства Хендерсон под названием "Ореховая роща".
* * *
I hope I live to be a man
must be part of some big plan to keep a brotha in tha state
penn
counting pennys over tha years
I'd done stacked many
proven wrong those
who swore i'd wouldn't live till twenty
* * *
В усадьбе обоз оказался ближе к полудню. Солнце, едва поднявшись, жарило вовсю, и Кей сто раз пожалел о том, что на нём нет рубахи. Его плечи и затылок накалились так, что хоть оладьи пеки. Он не привык к этакой жарище, а может, роляло ещё и то, что его собственная кожа была лишь немногим смуглее белой. В своём квартале его вообще дразнили "беложопым", за что Кей нещадно чистил друганам морды. Он с сумрачной завистью косился на прокопчённого солнцем Зайца, который беззаботно болтал босыми ногами, сидя рядом с ним на скрипучей и подпрыгивающей повозке. И так же косился на здоровенного седого негра, чья широкая чёрная спина маячила впереди него на козлах - того кликали дядюшкой Соломоном, и он всю дорогу молчал, как глухонемой.
Доротея, ехавшая на той же телеге, снова навертела на голову тюрбан. Поймав взгляд Кея, она вдруг размотала эту повязку и ловко набросила кусок тканины на его голые плечи, прикрыв их от палящих лучей.
- Ты непривычный, - тихо пояснила она, когда Кей раскрыл рот, чтобы запротестовать, и пригладила свои взъерошенные кудряшки.
Кей проглотил все слова, какие хотел сказать. Доротея была похожа на какую-то статуэтку, вырезанную из чёрного дерева, - с длинной гибкой шеей, точёными плечами и огромными печальными глазами, которые она поспешно отвела под его завороженным взглядом. Кей спохватился и сам отвернулся.
На других повозках вперемешку расселись чернокожие мужики и бабы в разномастных обносках, настороженно косившиеся на Кея, Ая и Доротею. Кей внезапно догадался, почему остальные едут отдельно, битком набившись в две телеги - они попросту боялись его, Кея, всё ещё громыхавшего цепями подобно демону из преисподней.
Цепи эти меж тем адово натирали ему шкуру и вообще мешали передвигаться по-людски. Он от души надеялся, что по прибытии на место его раскуют - вот тогда можно будет и о побеге подумать! Сначала всё как следует разузнав и разведав, само собой.
Мисс Лоры Хендерсон, белой цацы, поблизости не наблюдалось. Ни в какой-нибудь карете, ни верхом. И то, не с обозом же ниггеров ей путешествовать!
Наконец с очередного пригорка показались зеленеющие под солнцем поля. Кей отродясь не видывал хлопковых посадок, но почему-то сразу вкурил, что это именно они. Там работали негры - тёмные потные спины блестели на солнце, когда рабы равномерно взмахивали мотыгами. Оттуда доносилась заунывная ритмичная песня.
Кея прямо передёрнуло. Если мисс Лора считала, что и он отныне будет мотыжить её чёртов хлопок, то у Кея была для неё новость: он и под страхом смерти не собирался этого делать!
Он скрипнул зубами и поймал на себе настороженный взгляд Доротеи - ну чисто лань из-за куста. Айзек тоже на него посмотрел так, словно хотел что-то сказать, но не решился.
Вслед за плантацией открылся господский дом с колоннами, белеющими среди старых деревьев. Телеги, однако, обогнули его и подъехали к кучно торчащим за изгородью хижинам - жилищам рабов, как догадался Кей. Он будто кино какое-то смотрел про унесённых ветром или как там допотопная тягомотина называлась.
Всё это никак не могло происходить с ним наяву, пропади оно пропадом! Но происходило: кандалы всё так же зверски натирали ему руки и ноги, голову пекло солнцем, а в глотке пересохло.
