По преданиям семьи Аргозы сам Олдвинг Великий, видя неожиданное и столь неудачное препятствие на пути своего завоевания, был вынужден отступить от фронтов с великанами и вступить в бой с Высшими.
Олдвинг не просто так получил столь подавляющую репутацию.
Солдаты Высших магов пали, а за ними последовали и их миры. Лишь немногие из Высших сумели вырваться из драконьих лап и скрыться в бесконечных переливах тогда ещё относительно спокойного Хаоса.
Раздосадованный заминкой в своих планах Олдвинг приказал стереть всякое упоминание о Высших и их заклинаниях. Миры Магов были расколоты и сброшены прямиком в Хаос, а всякий, кто пытался изучать запретное знание, уничтожался.
Однако даже будучи в могиле Высшие маги всё равно посмеялись над Олдвингом и своими убийцами. Они так яростно защищались и нанесли драконам такой урон, что сумели раз и навсегда запечатлеть в Хаосе свой подвиг, от чего что бы драконы ни делали, но пришедшие затем смертные расы узнали о Высших магах.
Да, от них были скрыты подробности, но тот образ, который они воплотили, как непревзойдённых мастеров мистических искусств, так и остался с ними навсегда.
Именно поэтому, когда кого-то знакомого с многообразием миров начинали называть высшим магом, это значило встретить кого-то, для кого спарринг с титаническими драконами, древними темными богами, великими архидемонами и прочими ужасами вселенной был совершенно обычным делом.
Ради своего здравомыслия Лев предпочитал думать о том, что Карус был просто очень могущественным архимагом.
Но одними размышлениями делу явно не поможешь. Льву требовались те, кто обладал информацией, и, о удача, у них рядом как раз был подходящий кандидат.
— Приветствую тебя, архидьявол, — довольно вежливо заговорил Лев, проигнорировав сверлящего его взглядом Хорддинга. — Как к тебе обращаться?
Архидьяволы были правителями ада, совмещая функции величайших воинов и магов этих планов и их же правителей. Над всеми архидьяволами обычно стоял какой-то один великий архидьявол. Редко, когда какой-нибудь адский план мог выдержать сразу нескольких Великих.
Так что даже если если конкретно этот архидьявол самый слабый из их вида, то, в любом случае, к нему стоит относиться как к среднему древнему дракону.
А Аргалор очень хорошо помнил, что значит сила древнего дракона. Перед глазами как в живую вновь встали готовые выстрелить шесть управляемых заклинаний.
— Приятно видеть манеры среди существ нашего калибра, — удовлетворенно кивнул многорукий архидьявол. — Звать же вас можете меня Кзац, так как моё полное имя слишком длинное и вызывает очень уж большое слюноотделение у различных демонологов. А позвольте спросить ваши имена, друзья?
— Аргалор, а того брюзжащего старика Хорддинг…
— Только дай мне отсюда вырваться, отродье…
— О, очень приятно познакомиться, друзья, — Кзац дружелюбно улыбнулся им обоим. Его улыбка выглядела донельзя странно, учитывая наличие нескольких ходячих челюстей и мандибул, будто у странной помеси Хищника и паука. — В этом месте давно не было новых поступлений, и мы все сильно соскучились по новостям и общению с кем-то новым.
— Как вообще мы говорим? — в их разговор вмешался недоуменный вопрос серебряного дракона, который всё это время внимательно осматривал «стеклянные стены». — Всё, что я пока узнал об этом странном материале, говорит мне, что сюда не должны проникать никакие звуковые волны, но тем не менее я слышу вас обоих так ясно, будто вы находитесь рядом. Я тоже не заметил никакой магии.
— О-о-о, рад, что вы это подметили, — непонятно чему обрадовался Кзац. — За возможность нам всем общаться несёт ответственность Рубрилит. Он находится вон в той клетке. — повинуясь жесту одной из рук архидьявол на перпендикулярном их ярусе полке в одной из клеток встал и поднял… лапу или странное щупальце полностью голое существо.
Оно выглядело так странно, постоянно изгибаясь, словно стоять на двух отростках, заменяющих ему ноги, было для него тяжким трудом. Существо имело чёрную, маслянистую, глянцевую плоть, а там, где располагался бугор головы, не было не только глаз, но и ушей, носа и даже рта.
— Псионика! — ахнул Хорддинг, прижимая лапу к голове, и тут же взревел от ярости. — Прочь из моей головы, мерзкая глиста!
— Спокойствие, только спокойствие, — вмешался Кзац, защищая своего товарища. — Рубрилит абсолютно миролюбив и заслуживает доверия. Поверьте тому, кто сидит с ним уже… Так как здесь нет возможности нормально отмечать время, а оно течёт в разных мирах по-разному, то пусть будет долгий срок. Лишь благодаря ему мы ещё не сошли с ума и способны достойно себя вести. Именно Рубрилит взял на себя ответственность быть нашей сетью разговоров, соединяя всех пленников друг с другом, когда мы хотим поговорить.
— Не морочь мне голову, дьявол, — фыркнул Хорддинг, немного успокоившись, пусть и не до конца. — С вашим видом никогда ничего не бывает просто. Какая вторая часть этой истории, о которой ты так любезно забыл упомянуть?
