— Нет, — слова Доругота оставили мертвую тишину, когда оба молодых дракона переварить услышанное. — Твоя сестра и моя дочь сама исправно шла к этому моменту. И раз уж она так хотела свободной взрослой жизни, то пусть разбирается и с последствиями её решений. Одно без другого никогда не идёт, так пусть же она усвоит этот урок сейчас, чем когда станет старше.
— Если ты здесь не для того, чтобы её спасти, то чего ты хочешь? — окончательно растерялся Лев, силясь придумать хоть одну причину, почему металлический дракон вообще затеял этот разговор. В это время Сиарис недовольно насупилась, явно желая что-то сказать, но не находя слов.
— Я следил за вами весь бой, — начал Доругот издалека. Сверкающий на солнце золотой дракон выглядел величественным. — Я слышал о тебе многое, Аргалор. О твоих победах и поражениях. Мне хотелось увидеть, что из этого правда. Кроме того, я желал убедиться, что тебе хватит воли не совершить страшную ошибку, которой так любят грешить все цветные.
Золотой дракон с намёком посмотрел на Льва, и тот сразу понял, на что Доругот намекает. Получается, золотой весь бой следил, чтобы Сиарис осталась в живых. И Аргалор испытывал некоторые сомнения, что вознамерься латунная прикончить брата, то Доругот так бы сразу кинулся его спасать.
— И ты меня не разочаровал, — подытожил Доругот, и Думов с удивлением услышал в его голосе неподдельную гордость. — В отличие от всех этих зверей, ты сдержался и начал диалог. Уже это лучше прочих доказывает, что в тебе явно больше металлического, чем цветного. Очевидно, мои великолепные гены сумели раскрыться даже в столь неудачном стечении обстоятельств.
Красного дракона ощутимо перекосило, и он уже собрался высказать отцу пару «ласковых» замечаний, но не успел, так как его ошеломили следующие слова.
— Аргалор, как я сказал ранее, я следил за твоими успехами. И хоть твои идеи поначалу стоили многим уважаемым драконам их золота, но мы быстро поняли, как на корпорациях можно создавать настоящие состояния. Также я знаю и о твоей победе над Баросом Мучителем. Я один раз сталкивался с этой мразью, но он сбежал от нас, бросив своих товарищей. Его смерть стала для многих драконов поводом для праздника. Со мной связался и Хорддинг. Этот старый ящер был впечатлён твоими навыками в магии и спрашивал, не тренировал ли я тебя. Так что за эти годы я сумел убедиться в том факте, что… ты всё же мой сын, и я горжусь тобой. Возможно, ты цветной, но по духу ты определенно один из нас, металлических.
Лев готов был ко многому, но точно не к этому. Иронично, но в семейных делах у Думова проблемы были ещё с жизни на Земле. Отец бросил их с матерью ещё когда ему было шесть — семь лет, может поэтому он и пошел по той не самой лучшей дороге.
И вот, уже во второй его жизни отец, который так же его бросил, но теперь он всё же признал его достижения. Казалось бы, Аргалор должен был ничего не почувствовать, но кому как не ему знать, насколько редко можно было услышать от другого дракона если не извинение, но признание?
Поэтому, когда шокированно молчавший пару секунд Аргалор всё же заговорил, его голос был очень неуверенным.
— Эм… спасибо… наверное, — смущенно пробурчал он, отвернувшись, после чего в его голове ярко вспыхнуло подозрение. — Но золота и в долг не дам! — Лев невольно вспомнил рассказы своих знакомых, когда загулявшие и забухавшие отцы шли к своим детям и начинали просить у своих детей денег.
Однако Доругот лишь рассмеялся и махнул лапой.
— У меня есть и своё. Теперь же напоследок я хочу сказать, что ты можешь разбираться со своей сестрой, как планировал, но вы не должны убивать друг друга. Если же у тебя возникнут большие проблемы, смело можешь обращаться ко мне, Сиарис скажет, как. Семья должна заботиться друг о друге, иначе этого не сделает никто. — И не давая Льву сказать и слова, не попрощавшись, Доругот взмыл в небеса и очень быстро улетел куда-то прочь.
— Вот же старый… хрен, — неопределенно хмыкнул Аргалор, провожая взглядом удаляющуюся фигуру их отца. — Столько наговорил и смотался. Я и сам не собирался её убивать, так что плевать я хотел на твои приказы.
Лев повернулся к потерянно лежавшей сестре и победно оскалился.
— Вот и улетела твоя последняя надежда уйти от ответственности, хоть я и впечатлён тем, как ты с ним говорила. Это было глупо, но хорошо. Теперь же ты готова выслушать и выполнить моё предложение?
— Только выслушать, — сухо заметила Сиарис, но Лев, находясь в столь хорошем настроении, что пока готов был принять и это.
— Тогда слушай сюда. Мои сокровища, как и твои, естественно, отходят ко мне, как плата за все те страдания, что я вынужден был пережить. Вместе с тем ты поможешь мне с уничтожением этого Марша, как способ реабилитации твоей глупости…
— Ни за что! — немедленно воскликнула латунная. — Я не буду убивать своих друзей, и тебе не позволю!
— Они тебя предали! Даже ты должна понимать, что такое не прощают!
— Кто-то из них, но не все! Остальные хорошие люди и эльфы!
