Те из драконов, что умели управлять камнем, потратили немало сил и времени, чтобы создать для каждого повелителя неба свою плоскую платформу, выдвинутую из чашеобразной формы арены.
В этот день в центре океана собрались даже не сотни, а тысячи драконов. Многие из спящих древних чудовищ, разбуженные взбудораженными коатлями, невольно заинтересовались происходящим и решили заглянуть.
Но только восемь из истинных монстров стояли во главе сегодняшнего тинга — четыре цветных и четыре металлических. Тарос всегда был центром жизни этих двух подвидов истинных драконов. Именно они были выбраны вести церемонию и подтвердить окончательное решение.
Для них в центре арены были построены восемь выделенных мест, перед которыми стоял каменный помост для выступлений.
Ведущим нынешнего тинга был выбран золотой титанический дракон — Сутрус Величественный. Именно ему когда-то помешал штормовой великан Тир прикончить Бароса Мучителя.
Сам Сутрус пользовался значительным уважением не только среди всех металлических, но его признавали в том числе и некоторые цветные. Несмотря на характерное для золотых высокомерие, Сутрус был прекрасным политиком, что и требовалось в этой сложной ситуации.
— Драконы! — рёв Величественного сотряс арену и привлёк внимание каждого. Разговоры затихли, и все драконы стали внимательно слушать. — Сегодня мы здесь собрались из-за немыслимого святотатства! Все вы знаете о нём, но я всё равно его скажу! Право любого истинного дракона на свободу было самым ужасным образом попрано и уничтожено! И сегодня мы должны решить, что делать с теми, кто дерзнул на такое преступление!
Драконы были слишком высокомерны и неорганизованны, чтобы разводить слишком долгие собрания. Хуже того, многие из не вошедших в «совет» титанических никогда не славились терпением.
После слов Сутруса развернулся настоящий ад. Каждый дракон счёл своим долгом взреветь и выкрикнуть пару ругательств. Больше половины развернули свои могущественные ауры, из-за чего ткань мира немедленно начала комкаться и слабеть.
Сквозь прорехи немедленно начал просачиваться хаос и прочие энергии из других планов, но коллективная мощь драконов уничтожала и развеивала всё это на месте. Тем не менее нескольким заранее предупреждённым титаническим драконам пришлось поднапрячься, чтобы стабилизировать ситуацию.
Им в этом помогали и молчаливо собравшиеся мировые элементали. Мировым духам не особенно хотелось прибирать за разбушевавшимися драконами, но выбора не было.
Наконец накал страстей улёгся, и Сутрус сумел продолжить.
— Сейчас слово даётся тому, кто узнал о преступлении против всей драконьей расы и немедленно пресёк это злодеяние! Аргалор Убийца Бароса, выйди и предстань перед тингом!
Лев медленно поднялся. Его движение привлекло внимание ближайших драконов, за чем последовал эффект домино. Не прошло много времени, как тысячи взглядов сосредоточилось на нём одном. Это чувство давления было намного интенсивнее, чем при споре с Найтом, ведь тогда за ним наблюдала лишь часть драконов.
Крылья Аргалора мощно подбросили тело красного дракона, направив его к центру арены. По рядам же повелителей неба прошлись сотни шёпотков.
Благодаря своему спору с Найтом, убийству Бароса и знакомству с Ульдрадом Аргалор обладал достаточно известной личностью. Можно даже сказать, что слава Аргалора превосходила славу некоторых титанических драконов.
Теперь же, одним лишь своим появлением перед всеми, Аргалор навсегда будет вписан в историю драконьей расы. Тарос всегда занимал важное место в событиях повелителей неба, и внеочередной тинг редко собирался даже на протяжении всей истории.
Когда Лев приземлился на сцену, то он уже знал, что ему стоит сказать. Не было необходимости в каком-то сложном представлении, ведь в отличие от смертных рас его слушателями были драконы, а значит вежливые расшаркивания были бы приняты за слабость.
— Меня зовут Аргалор Убийца Бароса! — взревел Лев, и его телепатические слова разошлись к каждому из присутствующих. — Я и моя корпорация вступили в войну с Гномпромом, корпорацией гномов. В этом не было ничего удивительного и необычного — каждый из нас хотел богатств другого, и ради этого мы сражались.
Драконы признали этот факт. Желание отобрать чужое богатство через сражение и убийство было абсолютно нормальным и приемлемым. Другое дело, презренное воровство сокровищ — здесь ни у кого из собравшихся не нашлось оправданий.
— … Но какого же было моё удивление, когда я узнал, что жаждущие нашей силы коротышки посмели похищать и издеваться над истинными драконами! О да, они были осторожны и методичны, что позволило им скрывать эту тайну на протяжении веков. Однако их злодеяния оказались так велики, что правда всё равно вышла наружу!
Аргалор в красках рассказал, как позволил себя пленить, чтобы пробраться в самый центр злодейского логова. Как он приказал своей сестре атаковать снаружи, чтобы никто из виновных не сумел уйти.
