Я освободила несколько цветов и выудила из кокона открытку:
“Карамелька, доброе утро. Жду тебя сегодня в саду в беседке. Это важно, о нашем будущем!!!
Целую, Нортон.”
Я скомкала открытку, бросила ее в угол и без сил упала на кровать. О будущем, конечно. Вот ведь неугомонный.
Лекцию по некромантии, которая сейчас была по расписанию, я решила бессовестно прогулять. После вчерашнего встречаться с Эрихом было страшно и немного неловко.
Я бы так и провалялась весь день в постели, но через полчаса ко мне зашла Нинель. Я как раз выковыривала бедный букет из паутины. Цветы то ни в чем не виноваты, но Орсо поработал на славу, каждый цветочек, каждый лепесточек оплел. Его бы усердие да в мирное русло.
— У тебя все в порядке? — застенчиво спросила Нинель, оглядывая комнату.
— Приболела немного. Простуда, наверное, — я нарочито шмыгнула носом и сделала грустные глаза. — А что такое? Почему ты не на лекции?
— Ничего, — Нинель взглянула на многострадальный букет в моих руках, — просто магистр Каллистр просил узнать, почему ты не явилась на урок.
Я смущенно опустила глаза, вспомнив, как мы вчера с ним расстались. Может ему тоже неловко? Или он почувствовал себя виноватым за вчерашнее?
— Сегодня многие не пришли из-за тех сплетен про убийцу. Вот собирают списки, — продолжила Нинель, рассеив мои иллюзии. — Так я скажу, что ты приболела?
— Да, так и скажи, — я тяжело вздохнула.
Неужели Эриху все равно? И цветы, видимо, придется выбросить.
— Помочь? — вдруг робко спросила Нинель.
— Я уже час с ним вожусь, это бесполезно.
Я кинула букет на край кровати, Нинель подошла и сплела над ним заклятие, тонкие пальчики рисовали в воздухе узоры так виртуозно, будто она занималась этим каждый день. Взлетели искры, паутина вспыхнула и за секунду превратилась в пепел.
Я ахнула.
— Как? Как ты это сделала?
Невероятно, букет был, как новенький.
— Я так дома от паутины избавлялась, — Нинель пожала плечами.
И в этот самый момент, меня озарила гениальнейшая идея. Я схватила Нинель за руки и взволнованно зашептала:
— А врата в иномирье ты сможешь активировать?
Нинель побледнела.
— Ты что? Нет, конечно. Это запрещено.
— Ну, чисто теоретически ты могла бы?
— Нет. Это под силу только инициированному магу. Но это все равно запрещено. За это могут отправить в тюрьму.
— Да, да, да, — я задумчиво побаранила пальцами по комоду.
На краю сознания вертелась мысль, которая могла бы решить все мои проблемы, нужно было только за нее ухватиться и вытащить наружу. А еще решиться, и это было крайне сложно.
— Хорошо, спасибо, Нинель. Иди. И об этом разговоре никому не говори, пожалуйста.
Нинель понимающе кивнула и удалилась, а я бросила взгляд на смятую открытку в углу, которую Орсо уже старательно оплетал паутиной. Да у малыша просто патологическая страсть к оплетению! Мне хватило секунды, чтобы решиться. Это было ужасно, отвратительно, но это могло бы решить все мои проблемы. И имя моего спасителя было Нортон. Что ж, раз он хочет перемирия, будет ему перемирие, но только теперь на моих условиях. Я впервые улыбнулась со вчерашнего вечера. На горизонте вновь замаячила надежда вернуться домой, только нужно пережить вечер с Нортоном.
Глава 22
Я вертелась перед зеркалом уже час. Перебрала весь гардероб, но так и не нашла подходящего наряда. Платья, привезенные из дома, были слишком откровенны. Настолько провоцировать Нортона я опасалась. Потому оделась просто в форму Академии — белую рубашку, юбку и бордовый жакет. Чтобы образ не выглядел слишком будничным, надела гольфы до колен, распустила волосы и подкрасила губы красной краской. Выглядела я хорошо, мне нравилось отражение в зеркале, надеюсь, и Нортону понравится.
— Ма, ма? А можно с тобой? Можно, можно? — Орсо путался под ногами.
— Ты еще маленький, — отрезала я.
Я иду не развлекаться, а решать свои проблемы.
— Но мааа, — Орсо сделал большие, круглые глаза, в которых отразилась скорбь всего мира.
— Нет, даже не проси. Маленькие паучки не должны гулять по ночам.
— Да возьми малыша с собой, — вдруг вмешался Вилхелмо, который все это время скептически наблюдал за моими сборами.
— И не подумаю, он еще маленький. А если с ним что-то случится? — я возмутилась невероятной беспечностью фамильяра.
— Ему нужно познавать большой мир, адептка. Ты что, хочешь, чтобы он всю жизнь под комодом просидел? Вот я в его в возрасте…
— Мне все равно, что ты делал в его возрасте, — возразила я. — Орсо еще слишком мал. Все, никаких возражений.
Я потрепала Орсо по макушке, он жалобно заскулил и медленно пополз под комод. Тельце его подрагивало от постоянных всхлипываний, голова была низко опущена, он тяжело вздыхал и демонстративно шмыгал носом, не забывая исподтишка поглядывать на мою реакцию. Я заулыбалась от этой картины. Ну, артист!
— Орсо, — окликнула я его.
— А? — он тут же обернулся с глазами-блюдцами, полными надежды.
— Веди себя хорошо, я скоро вернусь.