Пришла в отделение и первым делом подошла к койке Матвея Ильича.
- Как ночь прошла, все ли у вас хорошо?
- Спасибо Лиза, нога сегодня меньше болела, может, и правда срастется, хотя я на это не надеялся. Старый, кости хрупкие.
- Никакой вы не старый, еще молодым фору дадите. Вы разговаривайте с ними, не лежите молчком.
- Мы с ним вчера поговорили, мировой мужик, - сказал рядом лежащий пациент немного младше его.
- Дайте мне ваш номер телефона, на него вам позвонит одна женщина, моя соседка. Она тоже одинока, вот и будете хотя бы разговаривать с ней по телефону, общаться, так сказать.
- Да кому я нужен, такой, встать даже не могу!
- Встанете, я вам обещаю, недельки две еще полежите, и вставать будем по тихонько.
- Хорошо бы, хоть до туалета самому добираться.
- Мою соседку зовут Нина Петровна, у нее есть дети и внуки, но они далеко и редко к ней приезжают. Да и по телефону мало общаются. Сыновья, они всегда не многословны. Ждите, она вам позвонит.
Пошла на пост, позвонила Нине Петровне, продиктовала ей номер телефона, а у самой заболело сердце. Как-то у них все сложиться. Прошла все палаты, кому лекарство, кому уколы. Хорошо, что капельницы ставила другая медсестра. Перед уходом домой решила зайти к Матвею Ильичу. Он лежал на койке и улыбался мне.
- Спасибо Лиза, добрая у тебя душа, мы с Ниной Петровной нашли общий язык и долго разговаривали по телефону.
- А я рада, что вы наконец-то улыбаетесь, значит пойдете на поправку. Ничего не бойтесь, я вам помогу, не брошу вас.
Шла домой и все думала про него, буду иногда навещать, может, когда по дому что-то сделаю. Он еще долго будет реабилитироваться. Нельзя оставлять человека в беде. Дома меня никто не ждал, и я решила зайти к Нине Петровне. Она встретила меня с распростертыми объятиями.
- Спасибо Лизонька, Матвей Ильич очень интересный собеседник, он столько много знает. Оказывается, работал учителем русского языка и литературы. Начитанный, мне стихи читал, и они мне понравились. Я завтра пойду к нему в больницу, там ближе познакомимся, увидим друг друга воочию. Я ему что-то вкусненько приготовлю. А сейчас хочу покормить тебя молочной кашей. И чаем с травкой напою, мне ее одна знакомая из деревни привозит.
Я пила час с травой, а сама вспоминала Агафью, как она нам ее заваривала, но вкус того чая был совсем другой, душистый. Как они там, не донимают ли их татары и другие кочевники. Я стала немножко забываться, уже не так остро стояли передо мной их проблемы. Все равно я ничего не смогу сделать.
Утром, как всегда сначала зашла к Матвею Ильичу, он разговаривал с соседом. Подошла ближе и услышала стихи Лермонтова. Он так проникновенно их читал, что и все остальные в палате замерли и ловили каждое его слово.
- Лиза, а я тебя не вижу, так увлекся стихами. Спасибо тебе за такую приятную собеседницу, мы вчера много с ней, о чем говорили.
- Я рада, что у вас все хорошо, я еще зайду к вам.
К обеду немного разгреблась с делами и села передохнуть. Много записей каждый день и отчеты есть.
- Елизавета, - крикнула старшая медсестра, - спустись вниз в приемный покой, там после аварии мужчину привезли, поможешь.
- Без нас никак не обходятся, - буркнула я и пошла вниз.
На каталке лежал мужчина весь в крови, я подошла, и у меня сердце оборвалось в груди. – Андрон, - выдохнула я, и пошатнулась.
- Лиза, что с тобой, хорошо его помяло, но живой, пока без сознания, - сказала медсестра. – Ждем врача, не поторопиться.
- А документы у него есть, не смотрела, - спросила я.
- Сейчас посмотрим, вот документы, Андрей Викторович Комлев. Молодой 29 лет, куда летел, а может, кто его подрезал. Следственные органы разберутся, помогай одежду с него снять. Побелела вся, иди, на кушетку присядь, сама справлюсь. Какие вы все нежные, зачем тогда сюда работать пришла, - не унималась медсестра. – Возьми мешок и складывай в него вещи, подпишем и унесем в кладовку. Потом разберемся, что с ними делать, а документы на пост возьми, а-то как записывать его будем. А зачем его в наше отделение кладут, он же без сознания, его в реанимацию нужно. Полдела им сделала, раздела догола, простынею накроем и вперед, помогай, не дотащу одна.
- Девчонки, открывайте это ваш больной, зачем он нам нужен, реанимируйте его, он без сознания. Мы таких больных не лечим.
- Елизавета, да что с тобой, посиди немного, я и сама тут справлюсь, ты, что приведение увидела. Или может быть, знаешь этого человека.
- Знаю, вернее, знала раньше, ты не обижайся на меня.
- Ты бы раньше сказала, я что не понимаю что ли. Хорошо, что уже рабочий день скоро закончиться, придет ночная смена. Сегодня я устала что-то, да и ты еле ноги передвигаешь.