– А давай ты выйдешь и найдешь сам хоть халат, хоть шубу из соболей, – выдвинула встречное предложение я. – И вообще там столько полотенец – десять мумий намотать можно. Что ты там такое маскируешь, что у тебя никуда не влезает?
При последних словах возможная свекровь приобрела такой насыщенно-красный цвет, что я испугалась: а не хватит ли эльфийку удар? Похоже, богатое у дамочки воображение, и она отчетливо представила все то, что Третий изволит стыдливо маскировать полотенцами. Эльф то ли икнул, то ли хмыкнул, то ли фыркнул. Непонятный звук у него получился. Будто его горло сдавило спазмом, а воды никто не предложил.
Третий явился из ванной как римский император на балкон, дабы благоговеющий народ смог насладиться благородством точеного профиля не только на чеканных монетах, но и вживую. Сличить, так сказать, оригинал с изображением. Задрапированный в огромное белое полотенце, как патриций – в тогу, он выглядел настолько величественно, что хоть портреты пиши, хоть статуи отливай, хоть в мраморе увековечивай. Интересно, откуда в ванной полотенце размером с плед? Слонов вытирать? Драконов? Хотя, возможно, рассчитывалось, что я никогда не расстаюсь с боевым тигром. Поправка. Раньше никогда не расставалась.
– Меня зовут Риффиэль сын Уриэля, – пафосно начал визитер и далее перечислил не менее дюжины заковыристых эльфийских имен, причем умудрился сделать это на одном дыхании, ни разу не сбившись.
«Вот кому точно не грозит болезнь Альтцгеймера!» – невольно восхитилась я.
– А это моя жена – Янорэль из рода Саллэля, – тем временем добавил эльф.
Эльфийка слегка кивнула, словно подтверждая, что муж действительно назвал ее имя, не спутав ни с чьим другим. Воцарилось неловкое молчание. Тень благополучно проигнорировал приличия и не стал называть своего или моего имени. Впрочем, полагаю, имя бл-л-лудницы их интересовало в последнюю очередь. Гости ничего не спрашивали. Я же хотела есть, пить, вернуть своего тигра, мечи, чтобы все убрались, наконец, из комнаты и дали спокойно обдумать, как жить дальше. В животе громко заурчало.
Риффиэль сын кого-то там, внук и правнук очень титулованных эльфов (с его слов), выразил свое величайшее осуждение неделикатности моего организма холодным взглядом сапфировых глаз. Его жена презрительно поджала губы. Ну просто истинная свекровь: сразу с предубеждением относится к невестке.
– Муж мой, я развожусь, – огорошила Тень заявлением, прервав тягостное молчание.
– Зачем же так сразу? Я всего лишь попросил принести халат, а не луну с неба, – иронично изогнул породистую бровь супруг.
Похоже, мое заявление не было воспринято всерьез. А вот это обидно.
– Отказываюсь жить в мексиканском сериале, – решительно скрестив руки на груди, сообщила я.
– Мексиканском? – переспросил Третий.
– Возможно, бразильском или турецком. Я не сильна в различиях, – пояснила я, но он все равно не понял. Пришлось объяснять: – Ну, это типа многосерийная театральная постановка, которую видит куча народу. Серий может быть множество. Сюжеты запутанны, иногда откровенно невероятны. Что-то вроде одна влюбленная пара преодолевает множество препятствий на пути своей любви, затем все же расстается и встречается лет этак через десять. Оба держат за руку ребенка лет девяти с небольшим. И она такая: «Милый, помнишь, ты не хотел, чтобы у нас ребенок родился. Знакомься. Это наша дочь – Хуанита». А он ей: «У меня тоже сюрприз. Помнишь, ты не хотела нашего ребенка? Вот это наш сын – Педро».
– Боги! Какой бред, – рассмеялся Тень.
– Какое совпадение. Смотрю на происходящее и думаю то же самое, – проявила солидарность с супругом я.
– У Тени не может быть жены, – блеснула познаниями в области традиций Янорэль.
– Конечно, – поддержала новоявленную свекровь, вызвав на прекрасном лице эльфийки мимолетный проблеск удивления. – Впрочем, как и родителей. Я выходила замуж за сироту. А что теперь? Получила сто свекровей разом? Это же даже не ужас и кошмар, а армагеддон, помноженный на апокалипсис. Боюсь, такого моя нервная система просто не выдержит. Да я и имен-то столько не запомню.
Янорэль смерила меня красноречивым взглядом «слабую память тренировать надо, милочка».
– По-моему, ты слишком остро реагируешь на ситуацию, – примирительно заметил Третий, поймал мою руку и запечатлел нежный поцелуй на раскрытой ладони.
Мм… Приятно. Свекровь скривилась как от дюжины лимонов разом. Конечно, у эльфов не приняты нежности на людях. Сонет посвятить – пожалуйста. Цветочек вручить – тоже. А вот с поцелуями лезть ни-ни.
– Слишком остро? – возмутилась я. – Меня уже поименовали бл-л-лудницей. Даже не хочу знать, какими эпитетами воспользуются остальные.
– Мм… теперь ты хочешь, чтобы я вступился за твою честь? – уточнил Тень.
– Если бы ты вернул мечи, я сама смогла бы постоять за себя, – бросила пробный камень я.
А что? Я свою часть сделки выполнила. Где моя награда, черт побери?!
– Точно. И теперь мне пришлось бы искать, где спрятать два трупа. – Уголки губ Третьего дернулись.
