– Достаточно, – прекратил мои мучения Третий, когда руки, ноги уже тряслись, запястья ныли, и не посылала всех в долгое эротическое путешествие только из гордости. – Похоже, я действительно слегка погорячился, позволив тебе тренироваться с боевым оружием. Завтра возьмешь деревянные.
Мне показалось, или лорд Нейлэль вздохнул с облегчением?
– Вы уверены, что вашей жене действительно необходимы подобные занятия? – на всякий случай уточнил мастер Атакующих.
Я потупилась, всем своим несчастным видом стараясь показать, что грозит благородной эльфийке, когда родители выбирают ей в мужья тысячелетнего самодура, и тут увидела его… сломанный ноготь.
– А-а-а! – издала я возмущенный вопль обезьяны-ревуна, напрочь выпадая из образа униженной и оскорбленной невесты. – Ноготь!
– Простите, что? – нервно сглотнул лорд Нейлэль.
– Ноготь сломала, – с нажимом пояснила, бросая на мучителя взгляд маньяка, которому внутренний голос настоятельно советует срочно убить всех окружающих.
– Ноготь? – недоверчиво уточнил Третий, явно не осознавая всей глубины моей душевной драмы.
– Да, блин, ноготь! – начала откровенно свирепеть я. – Твою мать, Виллэль! Ты когда-нибудь пробовал отрастить приличные ногти без шеллака и нормальной маникюрши?! Да здесь нормальной пилочки для ногтей нет! А лак днем с огнем не сыщешь!
– Я как-то не задавался подобной целью, – все еще недоумевал эльф. – А что такое шеллак?
Я хотела было уточнить и даже открыла рот, но… тут совершилось непоправимое.
Сломался ноготь на безымянном пальце правой руки. Боль. Неприятие. Отчаяние.
– Ну все. Трындец вам, – загробным голосом известила присутствующих, преимущественно обращаясь к мастеру мечей и жениху, как к основным виновникам случившегося. – Рекомендую бежать.
– Куда? – спокойно осведомился Нейлэль, подтверждая известный факт, что хороших советов никто не слушает.
А зря. Медленно улыбнулась прежде, чем окружающий мир накрыла знакомая темнота.
Не знаю, через сколько времени пришла в себя. Первым почему-то вернулся слух. Кто-то настойчиво и вкрадчиво, как молитву, повторял мое имя.
– Вероника… Вероника… Вероника.
Собственное имя звучало как-то непривычно. Почему? Ах да! Здесь все зовут меня Эймэль, и никто не вспоминает мое настоящее имя. Какая жалость. А мне оно всегда нравилось.
Следующим вернулось зрение. Изменения в окружающем мире потрясали.
Начнем с того, что передо мной стояли лорд Артмаэль с нервным тиком на лице и невыразимым ужасом в глазах и очень сильно чем-то удивленный лорд Нейлэль. Оба благородных эльфа были изрядно потрепаны, одежда во многих местах порвана, часть кожаного жилета лорда Нейлэля попросту отсутствовала, а пересекающая кубики пресса царапина (к счастью, не глубокая) медленно набухала кровью. У лорда Артмаэля оказалась отрезана коса. Но самым примечательным было то, что оба опасно острых кончика моих клинков аккуратно касались яремных впадин на их шеях. С учетом того, что оба эльфа прижались спинами к ограждению загона, еще несколько минут назад служившего для тренировки, деваться им было некуда.
– Вероника.
Мой взгляд наконец сфокусировался на говорившем. Им оказался Третий. Странно. Ногти сломала из-за него, а он единственный, кому я не угрожаю. Какой удивительно везучий эльф.
– Отдай мне мечи, – спокойно попросил он.
Я потрясенно моргнула. Мечи в напряженных руках дрогнули. Окружающие ахнули.
– Осторожно, радость моя. Поранишь еще кого-нибудь. Или, что еще хуже, поранишься сама, – все так же спокойно сообщил Виллэль. – Лучше отдай их мне.
Его пальцы осторожно коснулись моих запястий, ласково скользнули к кистям, нежно, но настойчиво разжали сведенные почти до судорог на рукоятях мечей пальцы.
– Ну, вот и все, – улыбнулся эльф.
Присутствующие облегченно выдохнули. Я удивленно моргнула, смутилась, потупилась и неловко выдавила:
– Извините.
Виллэль догнал меня уже в саду, когда я нервно мерила посыпанные разноцветным песком дорожки, тщетно пытаясь привести мысли в порядок. Черт побери! Я чуть было не прибила двух эльфов из-за пары сломанных ногтей. Тут у кого угодно начнутся проблемы с нервами. Чертов боевой транс начался совершенно неожиданно. А я всегда считала эту способность, идущей в комплекте с одухотворенными мечами. Раньше это именно так и работало. Кумивар с Джастудаем включали его как некую кнопку и выключали. Самостоятельно мне такое никогда не удавалось.
– Все нормально? – участливо поинтересовался эльф.
Я смерила блондина внимательным взглядом медсестры психиатрической больницы, которую пациент в смирительной рубашке пытается убедить, что его срочно надо выпустить в город за пивом. Похоже, он действительно считал, будто для меня месть за преждевременную гибель ногтей до последнего эльфа, – норма. Однако грозная у меня репутация.
– Я хочу побыть одна, – констатировала факт я.
– Нет, – наложил запрет на уединение собеседник, но, увидев мой возмущенный эльфийской категоричностью взгляд, немного смягчился и даже снизошел до пояснения своей позиции: – Тебе не следует оставаться в одиночестве. Так что я составлю тебе компанию, хочешь ты этого или нет.
