– Линария, ты же разрушаешь магию, – вскрикнул Освальд, вскакивая с места. – Попробуй, может, получится и проклятие разрушить?
Ребята загомонили, поддерживая предложение Оськи, вся группа с надеждой уставилась на меня. Я посмотрела на ректора, он отрицательно покачал головой, горестно поджав губы и зная заранее, что ничего не получится, но тоже смотрел с надеждой. На его лице было такое выражение тоски и злости, что если бы ему сейчас попала та ведьма, придушил бы голыми руками.
– Линария, пожалуйста, – пролепетал Том.
– Ничего не обещаю, ты только не расстраивайся, если не получится.
Я вскочила с места, обошла стол и встала напротив бедной жертвы. Парни притихли, ректор приложил руки к груди.
– Мэтр, я не срываю вам урок? – поинтересовалась на всякий случай.
– Давай-давай, действуй, – нетерпеливо прикрикнул Фэридан. – Очень интересно, вдруг и правда…
Я протянула руки к лицу парня и приложила ладони к его щекам. Под ладонями синева исчезла. Мальчишки ахнули, а Оська стал командовать:
– Нос потрогай, нос. О, да у него красивый нос! А теперь губы, надо же и рот нормальный. Да он симпатичный парень!
Студенты заразились азартом и с интересом, постоянно ахая, следили за метаморфозами, происходящими со страшным лицом. Это я не видела, как крючковатый нос становился ровным и красивым, а остальные находились в шоке, наблюдая за изменениями. Не смотрели они наших фильмов. Выполняя указания друга, я поочередно пощупала все части лица, как художник, извлекая из синей кляксы нормальные части тела, и убрала руки. Синева вернулась. Парни разочарованно застонали.
– Так я и думал, – обреченно сказал ректор, и устало опустился на стул.
– Нет, погодите-погодите, мэтр, на прошлом уроке вы говорили, что эмоции в магических пассах играют большую роль, – я не собиралась быстро сдаваться, во мне кипела злость. Неужели какая-то ведьма будет торжествовать? Ректор заинтересованно кивнул. – Так вот я зла! Я очень зла! Немыслимо зла! Знаете, я вспомнила одну сказку из моего мира. Там злая ведьма предрекла смерть принцессе, когда та вырастет и уколет палец.
– Смертельное проклятие! – ахнул Орис и кровожадно взмахнул кулаками. – Ее нужно было схватить на месте и предать суду.
Я удивленно приподняла бровь, но продолжила:
– А добрая ведьма, сказала, что может изменить проклятие и принцесса не умрет, а просто уснет.
– Перебила контр-заклинанием! – вскрикнул Кир. – Если сразу, то это срабатывает. Еще нужно условие поставить, надеюсь, она поставила?
Я тяжело вздохнула и опустила плечи.
– Какие вы зануды, студенты академии! Я же вам просто сказку рассказываю.
– И что дальше случилось? – тронул за руку Джес.
– Принцесса уснула, а через сто лет ее нашел принц и разбудил своим поцелуем.
– Да-да, так может быть, – согласно закивал головой ректор, – очень правдоподобная история. В поцелуе больше всего эмоций, даже передача энергии в случае необходимости легче всего происходит при касании губами.
Группа опять затихла, соображая, о чем сказал мэтр и к чему веду я.
– А ты бы могла… – робко поинтересовался, нет, не Том – Джес. Хороший у парня друг.
– Поцеловать Тома? – задорно улыбнулась, уперев кулачки в бока. – Я так ненавижу эту ведьму, что готова поцеловать саблезубого крокодила, а не то что парня!
Мне действительно хотелось помочь. Что же я только амулеты ломать горазда и не справлюсь с проклятием какой-то бешеной озабоченной ведьмы? Тогда гнать меня надо из магической академии, толку от меня ноль без палочки. А я люблю справедливость, хочу приносить пользу и поэтому попытаюсь помочь парнишке. Не только Тому, но и его отцу получается. Подумаешь, поцелуй! Ничего криминального. Зато ведьма получит по заслугам. Ишь моду взяли невинных мужиков обижать! Бабушка, конечно, не одобрила бы, но я не бабушка, своими мозгами живу. Чтобы не растерять пыл заодно с азартом, я подошла к мальчишке, посмотрела внимательно на кляксу, подумала и спросила ни к кому не обращаясь конкретно:
– Как вы там говорили? Контр-заклинание? Сейчас я придумаю свое контр-проклятие и пусть только попробует не получиться. В общем, это просто попытка, конечно, ты не расстраивайся, если ничего не выйдет, но я очень-очень хочу тебе помочь, – предупредила парня на всякий случай. Сама расстроюсь больше всех, если не справлюсь.
Я приложила ладошку к нижней части лица Тома, чтобы видеть, куда целовать и сказала в синюю кляксу, вложив во фразу всю злость и ненависть:
– Я разрушитель! Меня боится добрая магия, значит должна бояться и злая! Я приказываю проклятию вернуться к его создателю! Вернись к тому, кто тебя создал! На веки вечные! Да будет так! – и соединила наши губы.
