— Они нам не потребуются. Но если пообещаешь никому не показывать плетение, я подарю тебе один…
— Спасибо, обойдусь.
Мы поднимаемся все выше. Идем по коридору. Распахивается низкая полукруглая дверь и я на мгновение слепну, шагнув навстречу яркому солнцу.
Солнце, ветер, необъятное небо вокруг. Простор, о котором так легко позабыть, сидя в камере без окон.
“Здравствуй, Даяна, — раздается в голове знакомый голос. — Как ты себя чувствуешь?”
Это же…
Жмурюсь сквозь выступившие на глазах слезы. И вижу зависшего рядом с дирижаблем серебристо-серого дракона.
— Муассанит!
“Хаген Тайберг и этот смешной человек, который был тогда с тобой на острове, утверждают, что тебя удерживают здесь силой. Это правда?”
— Да! — кричу я, срывая горло. Машу руками и даже подпрыгиваю на месте от избытка чувств. В душе вспыхивает ликующее понимание, что закончилось — действительно закончилось. Потому что дракон сдержал обещание, которого не давал. Прилетел, чтобы вытащить меня из совершенной воздушной тюрьмы.
Определенно, драконы — лучшие создания этого мира. И если бы Муассанит умел превращаться в человека, даже у милорда инквизитора не было бы никаких шансов.
“То есть: ты хочешь улететь?” — въедливо уточняет дракон.
— Да! Забери меня отсюда!
— Это излишне, — пытается вмешаться полуэльф. — Мы сейчас спустимся, и ты сможешь выйти через шлюз.
— К демонам шлюзы!
Я хочу покинуть этот летающий самовар сейчас! Немедленно!
— Но как ты переберешься на дракона?
Как-как? Каком кверху! Залезу на поручни, а там Муассанит подхватит. Благо мне не впервой летать в когтях дракона.
Аншлеру категорически не нравится эта идея. И не потому, что он пытается задержать меня на дирижабле. Смешно, но кажется миллиардер искренне встревожен вопросом моей безопасности. Странная забота о девице, которая принесла ему одни убытки.
По приказу полуэльфа мне приносят виндкатчер. Он лично затягивает ремни и грустно улыбается.
— Лети, диббучка. И прости меня за все.
В зеленых глазах ни злости, ни обиды. Только печаль и отзвук беспробудной тоски. Поддавшись внезапному порыву, я обнимаю его.
— Прощаю. Однажды ты встретишь свою женщину, Анри и снимешь проклятье.
Он грустно качает головой.
— Это проклятье накладывал мастер. Каждый раз, когда мне кажется, что я почти у цели, что-то идет не так.
— Просто ту любовь, которая дарит крылья, нельзя вырвать силой. Только получить в дар.
Он вздыхает и подает руку, помогая подняться на перила. Стою, балансируя на узкой опоре. Глаза чуть слезятся от ветра, пока дракон заходит сверху, чтобы спикировать и взять добычу. Сердце суматошно отсчитывает мгновения. Один, два…
Гигантские лапы подхватывают меня и уносят к солнцу.
***
Морально я готова проделать весь путь до Арса в драконьих лапах. Но этого не требуется. Муассанит снижается почти сразу. На бреющем полете проходит над деревней. Вижу, как внизу в ужасе разбегаются крестьяне.
Зависнув над стогом, дракон разжимает когти, и я кубарем лечу в душистое сено.
Определенно это более мягкая посадка, чем на палубу корабля.
Пока я ругаюсь, собираю юбки и вытряхиваю из прически сухие травинки, Муассанит опускается рядом. И я впервые замечаю всадника на его спине.
— Рой?
Мой инквизитор скатывается по гладкой чешуе и идет ко мне по скошенному полю, не отрывая взгляда. Словно боится, что я исчезну, стоит ему отвернуться.
Делаю шаг ему навстречу. И останавливаюсь в нерешительности.
Он же ушел тогда! Отказался от меня и всего, что обещал.
Почувствовав мои сомнения, он срывается на бег. Подхватывает меня, стискивает в объятиях так, что ребра трещат.
— Даяна! Моя!
От лихорадочных поцелуев кружится голова. И в жизни все наконец-то становится совсем правильным. Как должно быть.
— Рой! — я всхлипываю и повисаю у него на шее. Реву, выплескивая тоску и боль последних дней, свою обиду на его уход, страх и ощущения загнанного в угол зверька. — Ты пришел?! За мной!
Прилетел, взял штурмом самую недоступную в мире крепость и выдрал меня из цепких лап Аншлера, когда казалось, что это уже невозможно.
А я… я снова в него не верила.
— Как ты нашел меня?
— Пришлось постараться. Но не мог же я уступить ушастому выродку свою невесту.
— Невесту?
— Да, Даяна. Именно невесту. Ты разве не видела объявлений в газетах? Пилор подписал полное отречение от опекунских прав. Теперь ты только моя.
Так и хочется помянуть лгуна-Аншлера тихим недобрым словом.
— И… тебя не смущает, что я диббучка?
— Ты — леди Даяна Эгмонт. Моя невеста и любимая женщина, — отвечает он, с нежностью целуя меня еще раз.
— Нет, погоди… Пойми, ты не обязан на мне жениться… Мы можем просто жить, как сейчас. Сам знаешь, что любая проверка покажет во мне диббука!
Его глаза чуть темнеют.
— Хватит искать отговорки. Если не хочешь за меня замуж, так и скажи.
— Хочу, — говорю я. И понимаю, что действительно хочу замуж. Именно за Роя — упрямого, сдержанного, правильного, безгранично надежного Роя, который смог перешагнуть через свои предрассудки, принять меня со всеми заморочками и недостатками. — Я люблю тебя.
Признание вырывается легко, словно это самые естественные и правильные слова на свете.
