Черт, корой! Еще одна высшая раса. И как меня угораздило? Еще и отцу Кирны сообщили. Но ведь, неспроста Мор-Дьеш заговорил о личном участии в моем спасении? Значит, на что-то рассчитывает? Г м, как минимум на благодарность. Вот только сомнительно, что тут отделаешься простым спасибо. Но попробовать стоило.
— Спасибо, лин Севрай Мор-Дьеш. Если бы не вы.
Ага, если бы не вы предложили побыстрее решить проблему с Тиннери, я бы, может, и не спешила с этими щитами.
— Я вам так благодарна. Чем я могу.
— Можете, лина Ронсон, — хищно усмехнулся, — можете. Но об этом поговорим позже. Лин Баром погрузит вас в сон, в котором вы и проведете ближайшую неделю.
— Но.
— Никаких «но»! Недопустимо даже малейшее перенапряжение, поэтому побудете в медкапсуле. А то знаю я вас, — это он обобщил, конечно, — так и норовите нарушить правила. Приятных снов! — сказал таким тоном, что наверняка кошмары мучить будут.
Вот, что это за намеки? Что я должна буду для него сделать? Угораздило же задолжать этому ушастому!
Долго самобичеваться никто не позволил. Как только ирсай исчез из поля зрения, на смену пришел Иен Баром. Откачал два больших инъектора крови, утыкал датчиками, замерил кучу показателей, после чего усыпил. Хоть бы на один вопрос ответил! Только цокал языком и отмалчивался, либо отделывался общими фразами. Пока еще находилась в сознании, попыталась выйти на связь с Громом и с неприязнью обнаружила, что ни один сигнал не проходит, доступа к инфосети тоже нет. И медблок не тот, в котором проходила обследование. Обратилась к карте здания, чтобы отследить местоположение, и поняла, что не могу этого сделать. Косвенные признаки указывали на то, что мы где-то вне стен академии.
Вот даже как? Надо выяснить, где... — додумать не успела, потому что Баром закончил с осмотром и подал усыпляющий газ в капсулу.
Искусственный сон — верный способ погружения в подсознание. Едва сомкнула глаза, как оказалась в «любимом» спортзале. Вот только выглядел он так, будто там ураган прошелся. Полы взрыты, лавочки и брусья переломаны, зеркала разбиты вдребезги, окна зияют пустыми провалами. И главное — мастера Лейчонга нигде нет. Вроде бы учитель всегда появлялся неожиданно. Может, стоило подождать? Расчистила себе свободное местечко и присела, скривившись от боли в мышцах. Навалилась усталость, будто не пять дощечек убрала и ногами раскидала мусор, а вагон разгрузила. Не знаю, сколько так просидела. Время в этом месте не ощущалось. Разруха вокруг удручала, и я совершенно не понимала, что делать. Что я могу? Тут даже веника нет, чтобы прибраться. Тоска зеленая.
Это что же, неделю тут торчать? — припомнив срок, на который меня погрузили в лечебный сон, ужаснулась. — Так и свихнуться недолго.
Превозмогая усталость, поднялась и занялась расчисткой зала. По дощечке, по стеклышку стаскивала мусор в одну кучу, метр за метром очищая пространство. Поначалу останавливалась через каждые пять минут, чтобы унять одышку и справиться с накатывающей слабостью. Затем втянулась, и перерывы на отдых устраивала реже и реже, пока, наконец, нудная и кропотливая работа не подошла к концу. В центре зала высилась гора из битого стекла, досок и кусков отвалившейся штукатурки. А учитель так и не появился. И эта противная слабость раздражала. Присела на обломок скамейки, задумалась. Это же мое подсознание, и по идее я вправе изменять тут все по собственному желанию. Однако ничего такого на деле не происходит. Почему? Не умею или не знаю, как — очевидно. Но ведь я не зря неосознанно выбрала именно такой облик внутреннего мира? Если подумать, ответ лежал на поверхности: чтобы стать сильнее. Чем больше я выкладывалась тут, тем крепче становилась в реальном мире. Вон, даже «Хакера» освоила до третьего уровня. А теперь что? Одышка, ломота в теле, трясущиеся руки. Чувствовала себя развалюхой. Значит, и надо начать с тренировок, чтобы вернуться хотя бы к прежним показателям. Проклиная собственную слабость, поднялась и медленно побрела к внешнему кругу беговой дорожки. Сейчас она представляла собой полосу препятствий. По ней не то, чтобы пробежать, пройти, чтобы не напороться на обломок или торчащий гвоздь, опасно. Стиснув зубы, упрямо побрела по кругу, тщательно следя за тем, куда ставлю ногу, и огибая дыры в полу.
