Хотела замуж? Получайте! Вот я и попала, да к тому же в тело жены дракона. Глаза открыть не успела, а уже с порога измену наблюдаю. Ну все, я ухожу! Говорите, Ванесса обожает своего неверного мужа и готова мириться с изменами, а сам брак договорной? Ваши проблемы! Развод! Вот только суровый дракон смотрит на меня странно и отпускать не готов. Что случилось? Неужели влюбился или подозревает, что я не его фиктивная жена?
— Дорогая, это не то, что ты подумала!
У меня дернулся глаз. Я уже минут десять неотрывно смотрю на огромный живот крашенной блондинки, обтянутый платьем с пайетками. Напоминающий мне здоровый диско шар, в котором отлично отражается мое ошарашенное выражение лица.
Я ее знаю. Секретарша моего несостоявшегося супруга. Она принарядилась и явилась на мою свадьбу прямо в загс, дабы порадовать счастливой новостью — мой жених скоро станет папой.
Обалдеть. И на что еще можно подумать, кроме очевидного? Что эта мадам розыгрыш устроила, или диско шар проглотила?
— Дорогая?
Кажется глаз дернулся второй раз.
Мотнув головой, поворачиваюсь к нему:
— У тебя есть другие правдоподобные версии, объясняющие вот «это» — я зло ткнула в секретаршу. Вероника, если не ошибаюсь.
Вероника ощетинилась, родственники и гости впали в осадок и в шоке открыли шампанское.
А вот «мужчина моей мечты», подхватив меня под локоть, зашептал:
— Говорю же, лжет она. Это или происки конкурентов или Натальи Игоревны.
— Кто это?
— Мама ее.
— Ты знаешь, как зовут ее маму?
Кто-то рядом присвистнул и судя по булькающим звукам, опрокинул бутылку в себя.
Женишек сыпет оправданиями, нелепее не придумать, а вот Вероника решительно шагнула к нам на высоченных шпильках. В ее положении и такие каблуки? Н-да.
— Лжец здесь ты! — видимо его шепот она все же расслышала, — ты мне обещал бросить ее и купить Х5. Я второй год на Х3 катаюсь.
— Да умолкни ты! — огрызается Антон.
Х5? Х3? Так, стоп, а почему я себе на Х1 сама зарабатывала? А как же «дорогая, я за разделение бюджета?» понятно, на кого он деньги сливал.
— А больше ты ей ничего не обещал? — не выдерживаю я.
Ответить мне не успевают. Дверь зала бракосочетания распахивается и регистратор называет наши фамилии.
— Бро, прости, что отвлекаю, но вы жениться идете или нет?
— Макс, не лезь…Кать, ну что, потом поговорим? Кать?
— Скворцов и Решитова, ваша очередь!
— Бро?
— Я отцовство тебя через суд заставлю признать! Оставлю без трусов и всю базу твоей фирмы солью конкурентам! — угрозы Вероники перекрывают попытки Антона до меня достучаться и теперь он переключается на Веронику. Понятно, без трусов и фирмы оставаться он не желает.
Регистратор наседает:
— Молодые, время идет!
Вокруг становится слишком шумно. Я впервые, имея вполне себе бойкий характер, стою как вкопанная, хлопая ресницами и как в замедленной съемке перевожу взгляд по всем участникам нашей семейной драмы. Вот и гости присоединились. Можно сказать, спорят стенка на стенку и тот самый Макс с размаху впечатывает кулак в лицо гостя с другой свадьбы.
«Так это ж я просто обстановку разрядить…»
Слышу оправдание «бро» Антона, за секунду до того, как он получает ответочку. И как по щелчку, торжественный холл загса погружается в хаос и мордобой. Вероника визжит, будто уже рожает. Антон торгуется. Сотрудник загса полицией угрожает и только я стою неподвижно в платье своей мечты цвета айвори. Меня мутит, перед глазами все плывет и голова просто раскалывается и сознание пытается абстрагироваться от происходящего вокруг.
Кто-то из гостей трясет меня, что-то спрашивая. Ну спасибо, что на моей свадьбе про меня наконец вспомнили.
— Кать, ты куда? — слышу в след.
Я даже не сразу поняла, что подхватив длинный шлейф, щемонулась к выходу, расталкивая одуревших гостей двух торжеств.
— Торт есть, страдания свои заедать, — выкрикиваю невпопад.
Ловлю боковым зрением зареванное лицо еще одной невесты. Ах, да, похоже бро моего бывшего жениха решил вырубить как раз ее жениха. Дурдом.
— Прошу прощения, жаль, что ваш праздник тоже испорчен, — бросаю девушке свои искренние извинения.
Ой, а вот и полиция.
Какая ирония, они забегают, я убегаю.
Прохладный осенний ветер бьет в лицо. День в «самый счастливый день моей жизни» в целом выдался солнечный и теплый, но именно в этот момент мне показалось, что повеяло пронизывающей прохладой.
Режущий перепонки сигнал.
Крик:
— Осторожно!
Удар, резкая боль и новый удар, отдающий на этот раз глухой болью в затылке. Настолько сильной, что кажется, что мозг разлетелся на куски. Хруст.
Солоноватый, металлический привкус на губах и ощущение холодного асфальта под пальцами.
— Ты что творишь, тут знак ограничения скорости! Сказал же, скорость сбавь. Шлагбаум снес, невесту сбил!
«Да, да, ты меня сбил…» — хрипит мое сознание.
Боль внезапно прошла, будто ее и не было. Тело обрело легкость, а перед глазами солнышко снова вышло из-за туч, осветив мои веки.
А потом меня окутала тьма. Так же неожиданно как и исчезнувшая боль. Разум закрылся и приятное осеннее солнце исчезло, уступив место пустоте и мраку.
— Миледи, миледи? Да что ж такое-то?! Почему Всепокровитель так не справедлив? Говорила ведь, но эрра Хартрей совсем меня слушать не хотела…
Сбивчивый лепет навязчиво пробивался в сознание, тормоша мой мозг в отключке. Хотя судя по тому, что серое вещество в моей голове понемногу усваивало информацию, я уже была не в отключке.
Или в отключке?
Последние слова беспокойная женщина явно адресовала кому-то еще.
И ей ответили:
