Двое красивых высоких мужчин вышли на балкон, и почти сразу в небо взвились два дракона. Черный побольше и темно-изумрудный поменьше.
А я осталась стоять, по-прежнему ощущая приближающуюся катастрофу. Проклятье! Вдруг я и правда пифия и мои предчувствия что-то да значат?
С большим трудом я успокоилась и начала думать.
Что ж… оставалось признать, что в этом мире есть какой-то крендец и помимо попаданцев. Какие-то разжижения. Причем Гадор не захотел мне сообщить об этом. То ли время экономил, то ли берег мою тонкую психику, а может, хранил государственную тайну.
Перед глазами так и стоял образ двух драконов, ставших очень серьезными и мрачными. Проклятье! А вдруг с ним что-нибудь случится? Что тогда будет со мной? Опять пойду по бросовой цене?
Нет, я теперь была на вес золота. Ради пифии устроят аукцион. Поставят меня на постаменте перед кучей богачей и возгласят: «Лот номер один! Попаданка-пифия! Начальная цена – сто монет!» А потом ударят молоточком со словами: «Продано мужчине в красном галстуке и с жирными брылями!»
Нет, Гадорушка, ты уж возвращайся. В обиду себя этому крендецу не давай. Ты хоть и тиран да деспот, но у тебя есть совесть и душа.
Я поежилась и тряхнула головой, разгоняя противные мурахи.
У меня дел полно! Нужно успеть все. Например, я понятия не имела, что рассказывать завтра на лекции. Это как выучить китайский язык за ночь. Так что нечего отлынивать.
Ручонки, естественно, потянулись к книге про драконов, а не к перу и бумаге, чтобы писать конспект лекции. Однако, открыв книгу, я передумала. Мысли бродили только вокруг загадочного крендеца и не давали работать. Должно быть, это вещее сердце пифии безошибочно отделяло зерна от плевел. Шутка. Наполовину.
– Сэм! – громко крикнула я.
Я понятия не имела, как именно должна вызывать дворецкого или другую прислугу. Подошла к двери и поколотила в нее. Кстати, защиты на ней не было. Гадор не чпокнул, когда улетел. Я вышла в коридор и продолжила орать:
– Сэ-э-эм! Можно вас на минуточку?
В коридоре было тихо и пусто, как в склепе.
Внезапно послышался шорох, потом несколько звуков типа «бац-бац», и с лестницы, что вела на чердак, торопливо сбежал Сэм. Прическа помята, воротник тоже. Он на ходу оправлял одежду, особое внимание уделяя брюкам.
Я чуть не задохнулась от смеха. Не буду обижать почтенного дворецкого, но… это было смешно. Пока мы с Гадором решали вопросы «государственной» важности, Сэм с Махрыней решили приблизить первую брачную ночь. Лицо у дворецкого было весьма довольное, а взгляд слегка расплывался. Видимо, они многое успели.
– Ваша милость, простите! – Сэм встал передо мной на вытяжку и кивнул. – Не сразу услышал. В апартаментах звоночек есть, – добавил он. – Несколько даже. Один из них – прямо у двери. Звонить удобнее – нет риска растянуть голосовые связки и отбить руки. Чем могу служить?
– Сэм, понимаете ли, мой супруг отбыл по делам, а по каким, не успел рассказать. Речь шла о каком-то разжижении и о трупах. Я подумала, может, вы меня просветите? Признаюсь, я волнуюсь за него. Хотелось бы знать.
Сэм с необыкновенной проницательностью поглядел на меня и помрачнел.
– Кгм… Ваша милость, очень неприятно это говорить, но его милость Гадор не отменил свой приказ не вступать с вами в разговоры. Уверен, он по какой-то причине не счел нужным сообщить вам цель своего отлета. И я…
– Сэм, муж мой любимый! – раздался вдруг знакомый голос, и показалась Махрыня, переодетая во вполне приличное платье. – Это ведь она помогла нам пожениться! Если бы не она, – Махрыня со слепым обожанием поглядела на меня, – мы бы так и не нашли друг друга! Нужно ей помочь!
Дворецкий кашлянул в руку.
– Что ж… Я не могу просветить ее милость и вообще долго беседовать. Приказы
– Это то, о чем я думаю? – спросила я.
Заполучить в союзники целого дворецкого будет очень полезно.
– Да, ваша милость, – кивнул он. – Мне не велено разговаривать с вами на темы, отличные от хозяйственных. А Махрыне велено держаться подальше от ваших апартаментов. Мы ничего не нарушим, если я расскажу то, что знаю, Махрыне, а потом – где-нибудь подальше от ваших апартаментов – она перескажет вам. Расстраивает лишь то, что знаю очень немного.
– Да мне любую информацию! – обрадовалась я. – Кстати, его милость был бы рад, если бы мы с Махрыней прогулялись в саду.
– Великолепно! – обрадовался Сэм. – Милая, пойдем я тебе на ушко кое-что расскажу.
Сад в особняке Гадор был грандиозный. В середине бил фонтан, вокруг деревьев пролегали засыпанные белыми камешками дорожки, а сами деревья были разного цвета. Прелесть просто! Вот вы когда-нибудь видели сиреневое дерево? Нет? Я тоже раньше не видела. Где-то среди ветвей пели птички. Красота!
– Так что тебе муж рассказал? – спросила я Махрыню, которая важно расхаживала по дорожке.
– Я не все поняла, – грустно призналась она.
– Говори, что поняла.
