– Это нечестно! Мы ведь договаривались! – чуть не плача, прошептала я, а тело бесконтрольно изогнулось, руки потянулись спустить с плеч бретельки.
– Проклятье! Так и верно невозможно! – вдруг рявкнул дракон.
Похоже, его усталость тоже разбилась о физическое желание. Он бросился ко мне (я ничего разглядеть не успела!), присел на краешек кровати и, нависнув надо мной, прохрипел:
– Это ты, а не я! Ты хочешь меня – выделяешь особую энергию и запах. А я на это реагирую и выделяю аромат вожделения! Это неизбежно,
Лицо дракона начало склоняться к моему, мои руки потянулись обнять мощные драконьи плечи, чтобы притянуть его ближе и быстрее ощутить на себе тяжесть сильного тела…
Ой, мамочки! Этому невозможно противиться, а я знаю его первый день! Нет, пожалуйста, пусть что-нибудь случится! Иначе получится, что я, как животное, не смогла противиться зову физической страсти.
Он пылал жаром, руки напряглись, сильнее вырисовался их мужественный рельеф, на шее выступило две капельки пота. Гадор медленно-медленно склонялся ко мне. Словно смаковал прелюдию, чтобы через миг броситься, как коршун на добычу.
– А я думаю – это ты! – словно со стороны услышала я свой голос, в то время как мои шаловливые пальчики с наслаждением закопались в пышные драконьи волосы. – Так хочешь меня, что аромат сам генерится!
Дракон словно получил пощечину.
Еще мгновение назад поцелуй был неизбежен. И все остальное, конечно. Он же не мальчик. Тем более – голый не-мальчик!
Сейчас же он отпрянул одним рывком, отвернулся и глубоко задышал.
Я ощутила, что неконтролируемое влечение спадает. Я все еще хотела его, но это можно было терпеть!
Воздух разрядился, томность и жаркая страсть растворялись.
– Почему ты так решила?! – вдруг с интересом спросил дракон, обернувшись ко мне.
– Ну как… – опустила глаза долу. – Если бы аромат страсти выделялся автоматически, когда дама вас хочет, то… Махрыня тут жила два месяца, любила вас и явно хотела… – Про себя я подумала, что ведь невозможно совсем его не хотеть. – За это время вы должны были навыделять столько аромата… А никаких таких эксцессов с Махрыней у вас вроде не было.
Гадор скрестил руки на груди, откинул голову и расхохотался.
Я, кстати, вдруг заметила, откуда эта восхитительная гладкость. На его теле не было ни единого волоска! Ни на ногах, ни на руках, ни на груди.
– Ну, и чего ты хохочешь? – насупившись, спросила я. – Мне, знаешь, тоже это все не очень приятно…
– Понимаю, – неожиданно спокойно ответил дракон. – Видишь ли, Анечка, логика у тебя, конечно, правильная. Но есть нюанс. Эта система работает так: если я сам хочу женщину, а тут еще и… она меня захотела, то вот эти два… хм… фактора складываются, и аромат идет сильнее, чем когда мы сами его вызываем. Поэтому с Махрыней и не было эксцессов, как ты сказала. Даже не хочу представлять такой эксцесс. – Гадор непринужденно пожал плечами и снова рассмеялся.
– А меня, значит… хм… ммм… эээ… больше хочешь? – ляпнула я.
Наверное, более дурацкого вопроса придумать я не могла. Или пыталась поддержать беседу подобно поручику Ржевскому, который вежливо интересовался, не били ли его спутницу веслом по лицу.
– А что, не видно?! – рявкнул Гадор. – Еще покрасней мне тут! Чтоб прямо феромоны твои зашкалили! Глазки долу опусти так, что хочется… Губу закуси так, что желается ее… Проклятье, Анечка! Это невозможно. И наплевать, я это делаю или ты!
Он вскочил как припадочный, а мне захотелось ответить на вопрос «А что, не видно?». Видно, да… Ого-го, вообще-то!
Ну так, мельком. Честное слово, я не нарочно!
Вроде бы волос там тоже нет.
– Все, хочешь мучить меня и сама мучиться – будешь спать одна! – вдруг насупленно бросил дракон. – Еще попросишь меня вернуться. Поверь, я больше привык терпеть эту пытку. Даже приготовился к этому. Обещание собирался сдержать. Не думал, правда, что это будет… хм… настолько.
Сердито подошел к кровати с другой стороны, забрал подушку и направился к выходу.
– Ой! А тут не страшно? У тебя тут камбезики под кроватью не водятся? – ляпнула я.
Сейчас мысль остаться одной в спальне показалась мне пугающей. Словно он бросил меня в темном лесу. Наверно, постпопаданческое стрессовое расстройство наравне со всем остальным сказывалось.
Дракон опешил и развернулся ко мне полностью. Хорошо, что подушку он держал в районе пояса.
– Да вроде нет… – оглянувшись по углам, сказал он. – Камбезиловки последнее время плохо работают, но магией мы легко справляемся. Никаких камбезиков тут нет! – словно проснувшись, отрезал он. – Посплю на диване в кабинете. Мне все одно недурно бы еще поработать. Раздевайся и спи. Через четверть часа проверю: не будешь спать – усыплю.
А неплохо бы. Измученная всем на свете, я уже была готова согласиться на магическое снотворное от ректора.
– Хорошо, спасибо, – сказала я со вздохом.
