— Скажешь тоже, готовить я не люблю, да и не очень умею, что-нибудь простое ещё могу сварить или пожарить, а так больше в кафе питалась.
— Кафе?
Чёрт, она и забыла, что сейчас в другом времени.
— Трактир, — пояснила она для рыцаря.
— Ты богачка, обедать в трактире, — вздохнул Конрад.
— Скажешь тоже, простой фельдшер на «скорой», ну, помощник врача, в смысле лекаря.
Приходится следить за речью, да ещё переводить слова на латынь в голове.
— Постой, а откуда взялся ещё один конь, и как ты убежала от похитителей? — Выздоравливает человек и появляются вопросы.
Вообще-то ей эти вопросы совсем ни к чему, но раз уж появились, то надо придумать и ответы. Пришлось рассказывать в подробностях, как именно убежала от похитителя.
— Ты смелая и умная, — в голосе послышалось восхищение.
— Скажешь тоже, хотя приходится быть такой, чтобы уверенно идти по жизни.
Каша остыла, и она накормила Конрада, а потом и сама перекусила немного, ложка-то оказалась одна. После ужина она проверила состояние раны и пошла прогуляться по берегу моря. Каменистый берег, пляжа нет вовсе, зато гальки хватает. Море выносит и ветки, обкатав их основательно своими волнами, а бухта красивая и вполне подходит для небольших парусников, только от моря неплохо бы загородить молом, чтобы совсем уж удобно было в случае шторма. Воображение рисовало парусники и торговлю, матросы катят бочки по пирсу.
Ладно, довольно фантазий, надо бы искупаться, но она не взяла купальник, да и как отнесутся к ней в этом времени, купающейся в море. Дождавшись ночи, когда Конрад заснул, она выбралась на берег, скинула одежду и погрузилась в море. Приятно после всех волнений оказаться в воде, не особо и тёплой, но какая разница.
Выбравшись на берег, она оделась и пошла в хижину, завалившись на сено, вынутое из телеги. Лошадям оставили достаточно, чтобы до утра они не голодали. Ночью заржал Ральф и она проснулась.
— Эта дрянь тут и Конрада привезла сюда она, — послышался шёпот со двора. — Заходим и кончаем обоих.
Вот так, их нашли мерзавцы, а Конрад ей не помощник, дело серьёзное, но дверь узкая и все сразу не смогут ворваться в дом. Оружие Конрада в доме, но копьём внутри неудобно воевать, а меч тяжёл для неё, зато ножом можно убить хотя бы одного. Аня забралась на балки, разместившись над дверью и держась ногами за них.
Когда первый из разбойников ступил через порог, стараясь рассмотреть свои жертвы, Она схватила его за голову и перерезала горло. Шутки в сторону, всё по-настоящему. Следовавший за ним ничего не понял и тоже шагнул за порог, но тут его настиг удар в основание шеи. Нож достал до сердца повредив артерию и предсердия.
Вдобавок, Аня толкнула его вперёд, и он повалился на тело своего подельника. Теперь можно спуститься вниз. Спрыгнув, Аня зацепила щит и тот упал с грохотом на котелок и разбудил Конрада.
— Что случилось? — подскочил он, пытаясь нащупать в темноте меч.
— Всё хорошо, — как ни в чём не бывало заявила она. — Напрасно они пришли вдвоём.
Пришлось разжигать огонь и в свете очага они рассмотрели нападавших. Ими оказались возница и один из местных дворян, похитители Ани.
— Очень плохо, — заметил Конрад, — Это племянник герцога, единственный его родственник по мужской линии.
— Тогда надо его спрятать, чтобы никто не нашёл.
— Куда? Тут такая земля, что не выкопать глубокой могилы.
— Тогда похороним их в море, — решила Аня.
Пришлось тащить трупы к воде. Похоронить их в море не вопрос, но надо сделать так, чтобы никто не нашёл потом их тела. Положение спасла Аня, соорудив из плавника на берегу грубый плотик, на который уложили оба трупа, накидав под одежду камней. Плот едва держался на воде с таким грузом, Но Аня отбуксировала его в море так далеко, что Конрад стал волноваться.
Она плавала, как рыба, но в это время редко кто вообще умел плавать, даже среди моряков. На глубине она убрала несколько толстых палок и плот рассыпался, увлекая в пучину тела убитых. Теперь пора возвращаться, и она поплыла к берегу. Из воды уже вышла, когда горизонт начал светлеть и тонкий лучик солнца появился над горизонтом.
— Ты прекрасна, как богиня! — воскликнул Конрад.
— Скажешь тоже, — смутилась Аня.
Она оделась и пошла к хижине, пора подумать о завтраке. На завтрак была та же самая каша с мясом, других продуктов не нашлось в хижине.
— Надо бы проведать моих крестьян, — заявил после завтрака рыцарь.
— У тебя есть и крестьяне?
— Есть немного, они кормят меня, но денег не приносят. Здешняя земля мало пригодна для земледелия.
Лошадку из телеги завели в дом и закрыли на засов, а на двух конях поехали верхом. Деревенька оказалась жалкой в пять домов, да и всё население выглядело уныло, а на лицах просматривалась печать обречённости. Они кланялись механически, даже радость оказалась какой-то обречённой.
— Что это с ними?
— Боятся, что я начну требовать с них деньги, но я никогда не требую их, только продукты.
Из домов они вынесли продукты в качестве платы за право проживать на земле.
— Надеюсь, это не последнее? — шепнула она Конраду.
— Нет, я не отбираю даже всего из этого, выбирай, что тебе понравится.