Слышала я про «мыться два раза в жизни» и прочие прелести, но что, прожить всю жизнь на горе и свалиться однажды, состарившись и утратив прежне силы.
— И потом, я люблю лазить по горам.
Он улыбнулся и согласился, только спросил, какой я веры, а получив ответ что меня крестили ещё младенцем, успокоился. Вот так я и уехала от моего милого мирка на горе, только спустила свой овёс с морковью. Герцог оценил рачительность будущей супруги, и мы поехали куда-то на лошадях. Мне нашлась лошадка, но сидеть в дамском седле неуютно, и я намучилась изрядно.
Замок небольшой, но солидный с высокими стенами, только какой-то мрачноватый. Зато мне выделили мою комнату с камином, жравшим уйму дров, и не особо согревавшим, как только переставал гореть. Из первых распоряжений, я приказала поставить в комнате бочку с водой, чтобы мыться, чем очень удивила прислугу. Пока шли приготовления к свадьбе, я много чего продумала для улучшения условий обитания.
Холодные каменные стены надо оштукатурить глиной с соломой и побелить, чтобы света было больше. Вместо камина нужно сложить печку, нечего дрова переводить зря, заодно можно и греться, если будет холодно. А пока оббегала весь замок, чтобы знать каждый его уголок. Мой овёс достался исключительно моей лошадке, так повелел герцог.
Вообще, он ничего так, просто загружен заботами и порой приходится быть жёстким. А что, налоги, оружие, доспехи, дружина, которой нужно деньги платить, бароны, которые порой бывают ленивыми. Добавь ещё разбойников и прочие неприятности, да ещё не надо забывать о короле, который всегда может позвать на войну.
Вот такая она жизнь герцога из раннего средневековья. А вы что, подумали, что он только ест, пьёт и повелевает? Не без того, но крутится приходится изрядно. Навоз бы на поля, который лошадки производят. Кстати, и туалет в замке забавный, пристройка к башне, а там просто дырка в полу, и всё летит за стену. Представляю, какой там аромат внизу.
Оказалось, есть специальный человек, который периодически собирает это всё и вывозит, засоряя окружающую среду.
— Надо бы наладить вывоз навоза на поля для повышения урожая, — заявила я будущему супругу.
— Тебя волную даже такие вещи? — удивился он.
— Меня заботит урожай, а ещё, все отходы с кухни надо вывозить в яму и туда же отправлять то, что убирают под стенами. Кстати, пусть стелет траву внизу, она впитает и жидкость, а это аммиак, азотное удобрение.
— Я сделал правильный выбор, — улыбнулся он. — В воскресенье свадьба, должны приехать гости. Твой наряд почти готов, завтра примерка.
За столом я тоже удивляла их, стараясь есть, как привыкла. Попросила кузнеца сделать мне вилку, уж очень неприятно хватать еду руками. Платье тяжёлое, до пола, но мне же не ходить в нём всю жизнь. Это я так думала, а потом оказалось, что это и есть моя одежда. Ладно, жизнь покажет, ко всему привыкает человек.
— Сегодня спрячь свою вилку, аббат не поймёт, — предупредил меня герцог.
Ладно, один день можно потерпеть, лишь бы не доставали с расспросами. Но в день свадьбы аббат заявился ко мне в комнату, когда я принимала ванну в своей бочке. Благо, служанки с визгом прикрыли меня простынёй. Аббат махнул им, чтобы удалились и приступил к исповеди, напялив на себя всё необходимое.
— Расскажи не таясь, дочь моя, в чём ты согрешила? — Заныл он, полный желания заглянуть под простыню.
— Святой отец, — начала я, — не настолько хорошо я изучила местный язык, чтобы каяться на нём.
— Ничего, дочь моя, важно само покаяние, если оно от души, — вздохнул аббат, уж ему-то хотелось знать всю мою подноготную.
Я и выдала всё, что было на душе. Покаянием это назвать сложно, но святоша не понял ни слова. Отпустив мне всё, что я сему поведала, он спросил, как звали моего отца. Вот что ему сказать?
— Детдом, — ляпнула я по-русски, чем ничуть не смутила его.
Аббат так и понял, что моего отца звали Детдом, имя показалось ему вполне благородным, поскольку иноземное. Рассмотреть мои прелести не удалось, и он убрался, недовольно сопя. Я домылась спокойно, завернулась в простыню и отдыхала в ожидании, когда меня оденут. Знаете, такие платья, это хорошо, что их помогают надевать. Чёрт, у меня с трусиками небогато и прокладки давно закончились, но тут ничего не поделаешь.
Облачившись в наряд, я вышла в сопровождении служанок и направилась в местную часовню Любой приличный замок имеет часовню, а у короля это полноценный храм. Герцог уже ждал меня, как и уважаемые гости, в числе которых присутствовал даже король с королевой. Основной контингент стоял на улице, часовня не могла вместить всех.
— Берёшь ли ты Ульфберт, герцог ***ский в жёны Веронику, дочь Детдома, добровольно и не по принуждению.