Пространственный карман размером со стадион на данный момент был почти на половину заполнен всяким хламом, и лишь сотая часть была действительно ценным имуществом. Я не представлял, что бы было, если бы автоматически не знал, что именно прятал в него, но и то приходилось тратить время на перебор своего имущества. Вот и старался я сортировать хлам, пряча его в отдельные подписанные контейнеры, скупаемые в больших количествах в поселении. Я понимал, что если выберусь в свою реальность то почти весь этот хлам, если не пропадёт, то станет мне бесполезен, но на всякий случай копил и хранил.
Наконец сборы были завершены и в одно раннее утро пока все спали, тихо покинул поселение. Шустрик уже ждал меня за его границами, предупреждённый «зовом». Последнее время оставаться в поселении ему было не комфортно и не интересно. Играть тут было не с кем, да и игры его заканчивались плотным обедом. Куда интереснее гонять мутантов и тварей. Вот и сейчас, довольный после ночной охоты и полный энергии, Шустрик с нетерпением ждал меня.
– Ну что, готов повидать новые края? – похлопал я по лобастой морде, пытающегося обслюнявить меня питомца.
Ответные эмоции нетерпения лучше всего передавали его отношение к моим словам. От нетерпения он стал бить хвостом и топтаться в нетерпении, подставляя бок, чтобы я быстрее забрался на него, и мы наконец-то уже устремились в путь. Не заставляя себя ждать, с удобством разместился на спинных костяных пластинах изменённых мной для удобства такого передвижения. Ментальный посыл, указывающий направление и Шустрик срывается в стремительный бег. Хоть это и не самый быстрый способ передвижения, но нам обоим он нравится, и отказывать себе в этом удовольствии я не собирался. Расстояние до нужной точки по ощущению направления я не мог определить, но предполагал что оно не близко. Аномалия могла закинуть мои останки не только на большое расстояние, но и вообще в другую реальность, поэтому жаловаться не собирался.
Судя по карте двигаться, придётся вглубь страны, но какой именно город станет нашей целью, я точно не знал, но догадывался, что по закону подлости это окажется столица. Вся центральная часть России была не доступна с момента катастрофы, и я справедливо опасался, что и для меня могут возникнуть непреодолимые препятствия и сложности в том регионе.
Чем глубже мы продвигались, тем меньше поселений нам встречалось и чаще стали попадаться стаи мутантов. Военные кордоны не в состоянии были сдерживать их наплыв, как и мобильные патрули которых хватало лишь на охрану небольших территорий. Первое время мы передвигались скрытно, не желая провоцировать людей, и только когда начались пустынные территории, кишащие мутантами, причём не только передвигающиеся по земле, но и по воздуху, вели себя уже более свободно.
Летающие мутанты встретились мне впервые, как и некоторые новые виды мутантов, причём если в тех местах, откуда мы пришли это были в основном грызуны и дикие собаки, то тут уже встречались и другие виды диких животных. Больше всего питомцу понравилась охота на медведя мутанта, вымахавшего больше чем мой питомец и покрытый неестественной крупной бурой чешуёй. Удивительно, но сил у него было почти столько же, сколько и у Химеры, но всё равно схватка их не затянулась. Шустрик не пользовался своими способностями, а так бы разделал медведя вообще без проблем и выглядел очень довольным. Раны на нём заживали стремительно и никаких неудобств не доставляли, поэтому я не противился его развлечениям и наоборот относился к этому с одобрением, опыт лишним не бывает.
Со стаями мутантов тоже, в основном, справлялся Шустрик, причём редко когда ему приходилось пользоваться своими способностями разве что когда приходилось догонять убегающую дичь. Запах химеры, отпугивал почти всех мутантов и большинство тварей.
Как бы питомцу было не интересно, но я его заставлял периодически пользоваться способностями во время охоты. На мой взгляд, нужен был опыт по их использованию, ведь не всегда ему будут попадаться лёгкие противники. Тот же гравитационный удар или мерцание слишком специфичные способности, которыми нужно было пользоваться, во-первых, с умом, а во-вторых, с оглядкой я не передал ему. Если гравитация могла причинить вред дружественным целям, то мерцание в некоторых случаях наносила вред и тому, кто её использует. Когда я сам изучил её и испытывал, то не раз приходилось восстанавливать свои конечности в процессе испытаний. Если мелкие предметы проходили через тело, то, к примеру, стена, в которую погружалась рука, уже была непреодолимым препятствием. Конечность, попав в нее, приходилось ампутировать, так как щит в какой-то момент пропадал, и плоть сливалась с материалом стены.
