Ламира же сидела с чуть покрасневшим лицом, слушая их разговор и ловя язык их тел. Даже октагон, в котором сейчас бились два бойца, был не так интересен, как встреча Юкине и Томаса.
— Победитель! Бьяко Кучиро! Болевой во втором раунде!
Очередные аплодисменты! Радость тех у кого зашла ставка и сдержанные улыбки от проигравших. Ну ничего, турнир только начался, так что пока неизвестно: кто уйдёт с пустым кошельком.
— Третья бойцовская пара! Мачицуда Ицке против Мацуваши Ашо! Делайте ставки, дамы и господа!
«Мацуваши?» — вспомнил Томи японца, с которым учился в Акай Кири.
— Кто-то из бойцов знаком Вам? — увидела Юкине задумчивое лицо Томаса.
— Может быть. Кажется, я где-то слышал эти фамилии. — ответил он, оторвав виноградинку с кисти.
В октагон вышел Мачицуда — высокий японец с татуировкой на всю руку. Хорошо сложенный и уверенный в своих силах. Он довольно расслабленно прошёл в клетку и встал у красного угла. За ним следом вышел Мацуваши — серьёзное лицо, козлиная бородка и пара шрамов на скуле.
«А он повзрослел.» — задумался Томи. Это действительно был Мацуваши из его академии. — «Значит ты всё-таки стал бойцом, как и хотел.»
За соседним столиком Тугур, угадав уже два исхода поединков, чувствовал себя вполне вольготно. Ещё и чувства превосходства над Романовым и его белым поясом… весь этот спектр эмоций подогревался изрядно выпитым алкоголем. И даже слова осторожности от помощника не могли унять уже двинувшуюся лавину с вершины горы. Нажать на внутренние тормоза для Тугура оказалось невозможным. Всё его естество было раздражено присутствием Романова, его блеском, его удачами и победами. Ненависть внутри Тугура приближалась к точке невозврата.
— Два миллиона на Мачицуду. — сказал он грубым тоном официанту. Парень забил в мобильнике ставку в общую программу для формирования коэффициентов. Тугур же отпил вина и рявкнул:
— Какой же скучный вечер, ещё воняет чем-то. Кажется, русской свиньёй. Да, Нору?
— Д-да, Господин, хе-хе… — чувствовал помощник неловкость ситуации.
Ламира и Юкине посмотрели на Томи. Тот никак не реагировал, он же не собака бросаться на лай другой псины и лаять в ответ.
— Пять миллионов на Мацуваши. — произнёс Томас официантке, обновляющей напитки.
— Да, господин. — ответила японка, тут же вбив ставку.
— Вы решили поставить? — удивилась Юкине.
— Да. Я вспомнил этих двух бойцов, поэтому знаю — кто победит.
— Пять миллионов на Мацуваши. — повторила и Юкине ставку.
— Есть, Госпожа. — быстро забила официант ставку в систему.
— Ламира, а ты? Играешь? — улыбнулась Тоджиро.
— Пожалуй, пропущу. Хочу посмотреть на интуицию Томаса.
— Это не интуиция. — ответил Томи. — Анализ, — указал он на свой лоб. — И боевой опыт.
— Пфф… — фыркнул Тугур. — Какой может быть опыт у дворняги! — он с причмокиванием пригубил виски.
— Простите. — поднялся Томи из-за стола. — Мне нужно подышать на воздух.
— Конечно. — ответила Юкине. Она грациозно кивнула, проводив взглядом Томаса.
Тугур, небрежно вытерев мокрые губы, бросил тканевую салфетку на стол и поднялся следом.
— Господин?
— Я подышать. Провонялся свининой.
Он потопал в коридор, желая не упустить Томаса из вида.
Томи же прошёл мимо охраны особняка и вышел во внутренний двор. Здесь располагалась огромная лужайка для игры в гольф, перед ней громадное кольцо с фонтаном, отключённым на зимнее время. В стороне были установлены спортивные тренажёры с открытым бассейном, которые также были недоступны до прихода весны.
Томас стоял на брусчатке, всунув руки в карманы. Его состояние ухудшилось. Не смотря на регенерацию, внутренние органы были слишком повреждены, о внешнем состоянии можно было и вовсе не говорить — мышцы наровились затанцевать в бесконечных судорогах, а жилы лопнуть как перетянутые струны. Томасу не просто приходилось строить из себя здорового и спокойного. Он достал из кармана платок и вытер капельки пота со лба и висков.
— Блядь, повсюду эти гайдзины. — произнёс Тугур, вышедший на улицу следом. — Проваливай с моих глаз, гайдзин! — плюнул он в сторону.
— Парень, иди на хер. — ответил Томи, так и не повернувшись к японцу.
— Чё?! Ты что несёшь?! Русская свинья!
На его крик выбежала охрана особняка, дежурившая на входе.
— Господа! Успокойтесь!
Но Тугура было не остановить, он грозным шагом приближался к Томасу с одним лишь намерением — убить. Убить одним ударом. И, наконец, почувствовать удовлетворение. Для этого он и состроил эту сцену, дабы люди Тоджиро увидели, что он убил Романова не просто так.
— Как ты посмел насмехаться над моим кланом?! Русский ублюдок! Над моей страной?! — ухмылка проявилась на лице Тугура, когда после его слов охрана Тоджиро непонимающе переглянулась. — «Отлично! Это лучший момент!» — он активировал синий Оби и рванул к Томасу, замахиваюсь кулаком на всю мощь. Таким ударом можно сломать дерево, убить коня… от простого человека мало что останется…
Но.
В последний миг Томи развернулся и перехватил его руку, бросив ошалелого Тугура через спину.
Бух!
