Оглядевшись, я двинулась вокруг фонтана. В разных сторонах площади стояли всевозможные дилижансы, здесь было людно, с лотков торговали сладостями. Дома я не привыкла экономить и отказывать себе в приятных мелочах, поэтому едва не сдалась под напором ароматов. Только мысли о том, что постоянного источника дохода не предвидится, остановили занесённую над Дестаровым кошельком руку.
Исключительно чтобы разобраться в ценах, поглазела на прилавки, прислушалась – в ходу была мелкая монета под названием стакль, которую я для себя соотнесла с копейкой, или там медяком. В одном месте разменивали серебряную, но сколько в ней было стаклей я не поняла и решила потом уточнить у Неса.
Порасспрашивала, выяснила, что отсюда разъезжаются дилижансы во все стороны мира, даже в столицу ходят. Задержалась, разглядывая тот, который шёл в Сверум.
– Не вздумай, поймают на границе, – прошипел Нес сквозь прутья. Какая-то излишне впечатлительная бабенция подскочила, окинула меня подозрительным взглядом, сделала жест рукой перед лицом – наверное, перекрестилась по местной вере, – и, оглядываясь, поспешила прочь.
Вздохнув, я решила послушаться пушистого и двинулась дальше, в поисках нужного транспорта.
– До Южной Грани? – цыкнув зубом, покосился на меня прогуливающийся у одного из них мужчина, поигрывая хлыстом.
– Д-да, – кивнула я, пытаясь высмотреть, что там внутри.
– Как раз одно место осталось!
– Когда отправляетесь?
– Как только найдём пассажира!
– Долго ехать?
– Завтра будем на месте.
– Еду! – решила я, кто их знает, когда подвернётся следующая возможность. Наверняка все до обеда уезжают.
– Деньги вперёд, – выдал возница.
– А сколько? – спохватилась я.
Вот чего никогда не умела, так это торговаться, всегда терпеть не могла выяснять цену. А уж если выяснила, то сбивать её казалось унизительным. Но это дома, где я хорошо зарабатывала, а магазины и автовокзалы были снабжены ценниками.
– Пятнадцать стаклей, или полторы серебрушки, – хмыкнув, откликнулся мужик.
Доставать кошель на людной площади не хотелось. Поэтому я лишь запустила руку под передник и выудила первое, что попалось.
Мужик аж поперхнулся, обнаружив монету, сверкнувшую золотым блеском. Ухватил её, пробормотав:
– Сдачу потом отдам. Вещи где?
– Всё со мной.
Возница раскрыл передо мной дверь. У меня закрадывались очень большие сомнения касательно сдачи… Но в мои планы не входило устраивать истерику и привлекать внимание.
Мысленно выдохнув, я шагнула вглубь повозки.
В полумраке салона обнаружилось семь пассажиров. Сам дилижанс был небольшим, запряжён двумя лошадьми, внутри располагались лишь по четыре сидения друг напротив друга.
Трое мужчин заняли три места у окон, живо напомнив мой собственный мир и сидящих в общественном транспорте мужиков, никогда не способных уступить место не то что даме, а хотя бы бабульке. Но четыре женщины, не считая меня, обнадёживали перевесом в пользу нашего пола. Может, хоть приставать никто не станет.
– Я возле окна! – взвилась одна из них, в тёмном шерстяном платье, подтягивая под себя плащ и сумку, которые разложила на свободном сидении.
Пожав плечами, я устроилась между ней и ещё одной немолодой матроной, запихнув корзинку вниз. Понять бы, есть ли у кого оружие, и какое. Впрочем, мысли о хлороформе нужно постоянно держать наготове, вдруг у них тут повсеместно в ходу эликсир мессира.
На моё приветствие отреагировали как-то вяло, и я решила сначала послушать, кто о чём станет общаться, а потом уже решать, участвовать или нет.
Мы постояли несколько минут, моя соседка справа усиленно выглядывала в ближнее окно, затмевая обзор, поэтому определить обстановку снаружи не получалось. Но потом дилижанс наконец-то двинулся, объехал сломанный фонтан и одной из узких улочек вырулил на широкую дорогу, по противоположной стороне которой возвышались шикарные особняки.
Подозревая, что именно этой улицей мы убегали с Несом, я нервно всматривалась наружу, но тётка справа совершала столько лишних телодвижений, что обзор по-прежнему оставался более чем заужен.
Мимо проскакал конный отряд, слышался топот бегущих ног. Чувствительная пятая точка подсказывала, что это вполне может быть погоней за одной не в меру свободолюбивой рабыней.
Мужик напротив пристально глянул на меня, и я улыбнулась, поинтересовавшись:
– А как часто будем останавливаться? Не знаете?
– Как обычно, – пожал тот плечами, о пол чиркнула изогнутая сабля, которую я сразу не приметила. – Каждые два часа смена лошадей, остановки короткие. И один длинный привал ближе к ночи. Кого это там ловят, интересно? Снова раб сбежал?
– Да разве ж убежишь? – пожала я плечами. – Глупо.
– Некоторым удаётся избавиться от клейма.
– Как? – удивилась я.
Мужик усмехнулся. Раскрутить, что ли, на разговор, разузнать детали? Только не хотелось выдавать свою заинтересованность, в конце концов, мы же не один на один.
– Апчхи! – громко выдала соседка справа, заставив подскочить.
