Попутчик полностью

Дождь. Черный дождь. Дождь и молния, освещающая редкими вспышками дорогу, равнину и гордые, осанистые горы за ней. Чудесная парочка. Дождь и молния. Дождь, убаюкивающий, усыпляющий, зовущий и готовый принять тебя в свои ласковые объятия, приподнять над миром и укачать в уютной колыбели. Укачать, чтобы твои усталые веки сомкнулись, и ты провалился в сон, который закончится где-нибудь на обочине горящей ярким белым огнем машиной и корчащимся обгорелым человеком в ней.

Веки, Веки слипаются. Спи, СПИ.

Молния. Она ухмыляется в окно своей кривой беззубой ухмылкой, словно говоря:

— Привет, парень. Как дела? Куда ты едешь? Зачем? Разве ты не устал?

— Устал.

— Так в чем же дело? Спи, парень. Что может быть лучше хорошего глубокого сна? Спи, парень. Расслабься, а уж мы позаботимся о тебе. Спи, парень…

Она пропадает. Веки наливаются тяжестью. Руки обвисают, не в силах больше держать руль.

Сон. Пришел. Навалился. Придавил грудь. Вжал в удобную спинку сиденья. Набросил петлю на руки. СПИ.

Резкий сигнал вывел Джеймса Холзи из небытия. Черт, он и правда уснул. Подав машину вправо, он разглядел в свете фар за пеленой дождя

мать его так

горбатенький белый «фольксваген». Мигнув своими красными глазенками, «жучок» обошел его и, набрав скорость, ушел вперед. Несколько секунд Холзи еще видел его огоньки за тягучим вязким дождем, но вскоре и они пропали, дружески подмигнув последний раз.

Удачи тебе.

Джеймс Холзи сунул в рот «Лакки Страйк» и чиркнул спичкой. Яркая вспышка резанула по глазам. Какое-то время он видел лишь оранжевое пятно и слепо тыкался сигаретой в руку, пытаясь поймать дрожащий огонек. Наконец ему это удалось. Нельзя сказать, что сигарета доставила ему большое удовольствие. Она просто прогнала сон. Хотя он и не ушел совсем. А примостился на спинке соседнего сиденья, выжидая.

«Надо включить приемник, послушать музыку, иначе и правда можно уснуть, а с этим недалеко до беды».

Джеймс Холзи, двадцати трех лет от роду, вел новенький «роллс-ройс» уже восемнадцать часов. В фирме, которая наняла его на эту работу, ему объяснили, что хозяину нужна машина не позже, чем послезавтра а десять утра. В противном случае, он теряет свои комиссионные и может катиться к чертовой матери.

Мы думаем, Холзи, вы понимаете, что апеллировать будет не к кому. Да, сэр. Конечно, сэр.

Чертов дождь. Холзи потянулся к приемнику, включил его и покрутил ручку настройки. Ничего, кроме сводки погоды

К утру ожидается просветление

и последних новостей. Он раздраженно выключил приемник. Вынул одной рукой из отделения для перчаток небольшой термос и поставил себе на колени. Кофе. Стакан крепкого, горячего кофе. Именно это ему сейчас и нужно. Холзи прижал локтем руль и начал отвинчивать крышку. Он плеснул горячую тягучую жидкость в алюминиевый стаканчик и, перехватив руль, устроился поудобнее.

Двигайся. Двигайся. Иначе СОН. СОН — БЕДА — ЧЕРНАЯ ПТИЦА. ОНА ВПЕРЕДИ. И ОН… какого черта?.. И ОН ЧУВСТВУЕТ ЕЕ. Господи, что это со мной… ОНА ПРИТАИЛАСЬ ВПЕРЕДИ. ЧЕРНАЯ ПТИЦА — СМЕРТЬ.

Холзи понял, что ничего не видит. Голову заволокло туманом, черным грязным туманом

ОНА ВПЕРЕДИ. ПОСМОТРИ ВНИМАТЕЛЬНО. ВГЛЯДИСЬ В ТЕМНОТУ И ТЫ… Господи, что это?.. УВИДИШЬ ЕЕ. ОНА НА ДОРОГЕ. ЧЕРНАЯ ПТИЦА — СМЕРТЬ

с запахом крови. Запах крови и кофе. Стаканчик с тупым звоном катался под ногами, стукаясь о педали. Холзи осознал, что уже несколько секунд слышит яростный рев рефрижератора и поднял глаза. Прямо из темноты на него двигалось огромное светящееся чудовище.

Над круглыми, горящими ослепительным светом глазами красовался значок «мерседес». А еще выше Холзи разглядел перекошенное лицо водителя грузовика. Глаза — блюдца, рот — тарелка. Все это промелькнуло в его сознании за какую-то ничтожную долю секунды.

Все, приятель, допрыгался. Он сомнет тебя в лепешку, разжует и выплюнет.

В следующую секунду руки Холзи повернули руль в сторону, нога вдавила педаль газа в пол, и «роллс», вильнув, вернулся на свою полосу, избежав столкновения каким-то чудом. Грузовик промчался мимо, прорычав угрозу вслед неудачнику.