– Уж могу сказать, куда пойдёт эта скидка, да-с! – В голосе адмирала звучало глубокое сомнение в интендантах вообще, а равно в их добрых намерениях. – А знаете что, Феофан Христофорович? Хорошо бы мне лично поговорить и с этим иностранным артиллеристом, и с лейтенантом князем Мешковым, ведь он тоже по этой части не последний. И лейтенанта Семакова тоже пригласите. – Это было уже почти приказом.
– Когда вам будет угодно их принять?
Нахимов прикрыл глаза.
– Пополудни у меня визит в госпиталь навестить болящих… Тогда здесь же, в шесть часов пополудни.
– Не сомневайтесь, Павел Степанович, устрою.
И в назначенное время в кабинет адмирала явились лейтенант Малах и капитан Риммер.
После представлений Малах официально пригласил Нахимова в «наше здешнее жилище». Принципиальное согласие было получено.
В своём докладе иноземный артиллерист делал всё, что было в его возможностях, для уменьшения оптимизма, обращаясь не столько к российским лейтенантам, сколько к самому Нахимову.
– …Отсюда следует, что поражающая способность гранатомёта в отношении этих больших кораблей…
– Кораблей линии, или линейных кораблей, Малах Надирович.
– Да, спасибо… Сомнительна. Проверить, конечно, стоило бы, но как это сделать?
Русский адмирал не страдал недостатком сообразительности.
– Тогда, выходит, нет смысла ставить этакое орудие на линейные корабли.
Сидевшие за столом помрачнели. Озвученный адмиралом вывод давал очень мало оснований для оптимизма.
– Павел Степанович, значит, надо будет купить детали того самого быстроходного корабля и собрать его… – Говоря это, лейтенант Семаков быстро писал что-то на листе бумаги. – Вот. Я подумал: на месте командующего вражеской эскадрой хоть бы и в полтора десятка вымпелов – как ловить такой быстроходный кораблик? Абордаж почти отпадает – с его двадцатью узлами он не даст к себе подойти. А вот перестроившись фронтом, можно поймать его во фланговый огонь, причём при ширине строя даже в полторы мили… Извольте глянуть. А особенно в не слишком широкой бухте…
– Так делайте выводы, Владимир Николаевич.
– Делаю. Скорость нужна ещё больше – тридцать узлов.
– Риммер Карлович, что скажете?
– Хм, на «Гладкой воде» мой «Стриж» мог бы такое дать, но при даже небольшой волне – опасно, очень скоро течь появилась бы.
– А если ваши машины да на наш шлюп установить? Возможно такое?
– Конечно, возможно, и даже недорого, но большой скорости не гарантирую. Обводы не способствуют…
Вроде бы сухопутный иноземный лейтенант встрял в дискуссию:
– Надо запросить доктора Шахура. Доктор – это у нас высокий ранг учёного, – пояснил он. – Будучи большим специалистом в области судовых движителей… или двигателей… он совершенно точно может сказать, что нужно для достижения заявленной вами скорости. И насчёт формы корпуса корабля поинтересоваться, и о кристаллах для воды надо справиться, они тоже стоят денег. В пересчёте на ваши – ну, сто рублей.
В тот момент всем показалось, что даже усы на лице Нахимова затвердели. Голос адмирала был под стать им:
– Господа, прошу учесть вот что: сумму в тысячу рублей можно внести в ремонтные расходы эскадры. Но не более-с!
– Павел Степанович, – заговорил князь неожиданно подхалимским голосом, – так ведь при уже построенном боевом корабле дополнительные расходы провести намного легче. И если расходовать по частям…
– Михаил Григорьевич, – отчеканил хозяин кабинета, – осмелюсь напомнить вам, что боевой корабль можно считать построенным, когда он принят в состав флота по всем документам-с. Никто не подпишет вам такую бумагу без ходовых испытаний! И я такое не подпишу-с! И адмирал Корнилов наотрез в том откажет!
– Господа, – примирительно сказал германский капитан, – мне кажется, я могу внести ясность. Всё же цены – это нечто знакомое мне. Материалы для небольшого корабля обойдутся недорого, ну, двадцать золотых они стоят… то есть примерно сто рублей. Пусть даже двести, с запасом. Сборка дороже. Придётся задействовать услуги нашего специалиста Тифора Ахмедовича, обойдётся примерно в пятьсот рублей. Или же обучать ваших подмастерьев.
– Мастеровых, вы хотели сказать.
– Ну да, благодарю… Ещё одна статья расхода – движители. Правда, они не самая значимая часть затрат, двадцать рублей им цена. Далее: кристаллы для воды, вот они и вправду стоят сотню. Хорошо, пусть сто двадцать. Ещё покраска. Тут по ценам вам виднее, господа.
– За двадцать рублей пять маляров вам весь корабль выкрасят, снаружи и изнутри. Считая стоимость самой краски.
В своих словах князь Мешков был вполне уверен: по долгу службы ему пришлось соприкасаться с ремонтными работами.
– Также вижу вот какую статью расходов: боеприпасы для гранатомёта. Мне кажется, что выходить из порта с запасом менее двухсот гранат – неосторожно.
– Пятьдесят целковых, стало быть, – мгновенно подсчитал Семаков.
