Страшно представить, какого оно – терять близкого человека… ещё вчера всё протекало хорошо, а сегодня звонок с незнакомого номера и… мир перевернулся, существовать не хочется. Сознание отказывается принимать несчастье, не желает свыкаться с болью… дежурные слова сочувствия окружающих лишь усугубляют ситуацию. При таких страшных обстоятельствах, Дмитрий, красивый, сильный, ранее здравомыслящий человек, начинает терять рассудок. В его голову пробиваются навязчивые идеи: «Можно постараться изменить непоправимое, если обратиться к потусторонним, древним силам!» Вернее, некой природной пространственно-временной аномалии, ещё непознанной наукой.
Мерзкое пробуждение, – секунда тишины, – резко прорезается слух, притупленный ранее крепким сном от транквилизаторов, до ушей добирается шум компьютера, работающего с вечера: вместо серьёзных научных передач, рекомендации видео и автостарт подсунули к утру чепуху про палеоконтакт. Следом настигает осознание, вернее, отвратительное чувство, противоположное тем, что испытываешь после кошмара, когда – «Фух! Всё не по-настоящему!» – теперь, напротив, событие, случившееся позавчера – трагическая реальность.
Всего мгновенье после подъёма Дмитрий может чувствовать себя последние сорок восемь часов удовлетворительно… далее – существовать не хочется.
Странно устроена жизнь, ещё недавно, маячили радужные перспективы, взаимные планы с любимой девушкой, Ирина перевезла вещи к Дмитрию, собрались наконец, конфетно-букетный период сменить серьёзными отношениями. Это был осознанный шаг, ни юношеская глупость после совершеннолетия, обоим больше двадцати лет, Дима занимал хорошую должность в силовых структурах, его возлюбленная заканчивала престижный институт, думали, сперва пожить совместно годик, если не разочаруются друг в друге, то оформить отношения… собственно, в чувствах не возникало сомнений, просто решили поступить мудро, чтобы не «как у всех» вышло, и их свадьба не попала в печальную статистику, – «один развод на каждый второй-третий брак». И всё! Всё резко оборвал телефонный звонок с незнакомого номера: увидев неизвестные цифры на экране, силовика одолели дурные предчувствия, – «Алло?» – ответил он, – «Здравствуйте! Инспектор Прудников, ваш контакт оказался последним в списке исходящих, вам знакома Ирина Слуцкая?» – «Конечно!», – дальше земля ушла из-под ног, после выражения дежурных слов сочувствия гаишника.
Почему так произошло? Твердил же по телефону за пару часов до трагедии, – «Не садись ты в машину к однокурснику! Такси вызови, а если сильно надо, меня попроси, в любое время приеду!» – нет, не послушала, хотя и пообещала: «Не сяду в машину к Валере». Дело не в ревности, её не было, Ира повода никогда не давала и верили они друг другу, тем более, в автомобиль к однокурснику устраивались девочки не поодиночке (развозил многих), здесь другое. Валера, имел репутацию безудержного лихача, столько аварий на его счёт записано до этой трагедии, по фантастическому везению обходившимися без серьёзных последствий для всех участников… того бы давно лишили прав, да родство с носителями больших, блестящих звёзд на погонах, давали известный результат. Но всё случается впервые. Ирина разместилась на относительно безопасном, заднем кресле… машина, слетев с дороги, сбила железное ограждение, её часть вошла строго в середину лобового стекла и пронзила насквозь бедную девушку, выйдя через багажник… да, удар получился чудовищной силы. Остальные пассажирки и водитель (четыре человека) получили серьёзные травмы, к счастью, дожили до приезда медиков, получили своевременную, высококвалифицированную помощь и были спасены… а Слуцкая Ирина, погибла на месте.
– «Почему она не послушала? – казнил себя Дмитрий, – не разобрать. Во всём виноват я! Знал же её характер: всё сама, да сама! Не хотела тревожить меня после тяжёлых «полевых выходов», решила «собственными силами» добраться до дома… чёрт! Если бы я поехал встречать её, ничего не случилось, и она продолжала жить… если бы!»
Сегодня, после обеда состоятся похороны, следует взять себя в руки, найти последние резервы психического здоровья и пройти траурную церемонию прощания достойно. Руки не слушались, не хотели застёгивать рубашку; ноги отказывали, не желая выходить из дома, тем более, ехать на кладбище. Там же её родители, родственники, слёзы рекой, вопли… тут без них, сердце рвётся… как он себя поведёт при виде смысла всей жизни в гробу? Не бросится ли в могилу за ней, как Иосиф за Екатериной Сванидзе? От алкоголя Дима воздержался, вообще, по жизни не пил практически, да и понимал – в безвыходной ситуации спирт не спасёт, лишь усугубит общее состояние организма. Принял ещё пару таблеток, вручённых командиром подразделения, они вроде «без привыкания» (не колёса), а толк от них небольшой есть, заснуть и проспать хотя бы несколько часов удаётся, но тлетворное чувство тоски, желания завыть по-волчьи, разорвав голосовые связки, никуда не уходили.
