— Ты еще разрыдайся мне тут, мудак, — говорит Чиззи, когда я смотрю на него и начинаю хихикать, как тупой мелкий пацан, когда он, типа, расстегивает мне ширинку и вытаскивает мой член наружу. Я ничего не чувствую, но Чиззи наклоняет голову к моему члену. Чиззи! Он смотрит на эту девчонку. — Никогда не встречал ни одной телки, чтобы могла правильно сделать минет. Ты, еб твою мать, смотри и учись. — Он опять оборачивается ко мне: — Вот они, блядь, цыпочки твои. Всю жизнь вот думаешь, что девки умеют готовить, потому что твоя мама умела, но если даже они и нормально справляются с простой жрачкой, все равно их нельзя допускать ни к чему такому, что требует воображения или… ну, тонкого подхода. Так вот и выходит, что все лучшие шеф-повара — мужики, ну, по ящику их показывают и вааще. То же самое и с минетом. Большинство из них просто засовывает его себе в рот и начинает сосать. Елозят по нему вверх-вниз, как будто это не рот, а пизда. В тюряге был один парень, он нам показывал, как это делается… сперва пройдись языком по всей длине члена… — и он хватает мой член и начинает его лизать… — в случае с Уродом это не займет много времени… аах-аах-аах…
Ох и ни хрена себе… предполагается, что это должно быть приятно.
— Ублюдок чертов, — ору я благим матом, когда его холодный язык проводит легкую линию по сверхчувствительной коже моего пениса… перед глазами все кружится и темнеет…
— Давай, блядь, вперед! — шипит Чиззи, и на секунду мне кажется, что это он ко мне обращается, но это — к девчонке, и она начинает под его чутким руководством: берет кончик его члена в рот.
— Так, уже лучше… лучше, — говорит он, — потом нужно слегка ударить языком по головке… теперь нежно и мягко, детка…
Я, может быть, и хочу что-то почувствовать, но не чувствую ничего. Просто совсем ничего.
Я слушаю Чиззи, а думаю о том парне, который получил «Оскар», ну, когда он говорит «Я владыка мира», хотя фильм был слегка подзатянут, и я о нем думаю потому, что видел его прошлым летом, и сейчас вдруг вот вспомнилось, и еще я думаю о Психе, я почему-то нисколечко не сомневаюсь, что он тоже так делает, говорит перед зеркалом «Я владыка мира»… а Чиззи продолжает:
— …потом берешь его глубже в рот, аккуратно,., аккуратно… здесь нужен тонкий подход… это не соревнование, кто глубже засунет… продолжай работать языком… води им вокруг и вдоль члена… да, вот так лучше… лучч-шше…
— Ох, блядь, Чиззи, — вскрикиваю я, ощущая слабость в желудке, и смотрю вниз, на мерзкую рожу Чиззи, а он, стало быть, умудряется мне отсасывать, и при этом еще умудряется что-то втолковывать той девчонке, я, конечно, не против, когда у меня сосут, но уж меньше всего мне хотелось бы, чтобы это был этот псих ненормальный, и до меня, типа, только теперь доходит, что тут вообще происходит, и я резко вытаскиваю свой член…
Его глаза блестят, и он смотрит на меня, потом — вниз на пьяную телку, которая все еще продолжает сосать его член.
— Эй, ты чего? — говорит он мне. — Неужели не нравится?
— Просто я с кирпичей чуть не упал… с кирпичей… — бормочу я.
Но теперь я все вижу, типа, как через тонкую водяную пленку, а Чиззи резко хватает руками голову этой девицы:
— Теперь надо ускорить темп, пора сосать по-настоящему… понимаешь, сосать… СОСИ, ШЛЮХА ЕБАНАЯ! — И он яростно ебет ее рот, запихивая член прямо ей в глотку, и разражается комментариями по ходу дела: — И вот Чиззи выходит на финишную прямую, он дает тупой шлюхе хороший урок и вот Чиззи… ВООООААААААТТ!!!
Он крепко держит ее за рыжую гриву, толкая ее членом в лицо, потом отстраняется, а она давится спермой, задыхается, кашляет и вытирает рот. Он кивает ей.
— Поздравляю, вы только что закончили обучение в школе секса Чиззи.
Это было не правильно, брат, нет — нет — нет, я с трудом подхожу и встаю на колени рядом с этой девчонкой.
— Все в порядке, — говорю я, пытаясь ее успокоить. И вдруг она говорит:
— Вы двое, вы оба ублюдки. — И она вроде как начинает давить мне на пах, но меня это не возбуждает, так что я начинаю целовать ее в губы, приговаривая:
— Все хорошо, все хорошо. — И я снимаю с нее леггинсы и трусики. Тяну их вниз, чтобы освободить доступ к этой сухой кучке дерьма, типа, ну, коричневого мячика для гольфа, и потом лезу пальцами ей в пизду, и тут у меня встает. Я пытаюсь достать из кармана резинку и натянуть на член, но мне нужно… мне нужно… мне нужно… липкие, мерзко пахнущие шарики, типа загустевшие выделения из влагалища, остаются у меня на пальцах, и у меня сразу же опадает. Я слышу его, мудака Чиззи; хихикает и глумится, — а она типа ворчит на него, и я чувствую себя так, как будто я ни разу не здесь. Я типа все-таки ей вставляю, но надолго меня не хватает, потому что все это дерьмово, совсем не так, как я себе представлял, как я мог быть таким идиотом, что даже думал, что это будет, как было с Али, и я злюсь, брат, злюсь на себя самого, и она визжит, типа насмехается, и говорит:
— Ну, давай же! Еби сильнее! Это что, все, что ты можешь? — И я продолжаю пихать в нее свою штуку и худо-бедно кончаю…
