Мои собственные ладони покалывает от желания прикоснуться к ней, снова заключить ее в свои объятия. Но я знаю, что ей это нужно – почувствовать поддержку со стороны всех нас любыми способами.
Рэнсом всегда был добр к ней. Добрее, чем я в большинстве случаев. Он умеет заставить ее раскрыться, почувствовать себя комфортно, а сейчас ей как раз и нужно подобное утешение. Особенно после того дня, что у нее был. Я хочу этого для нее.
– Давайте сначала обсудим факты, – говорит Вик, переходя к делу. – Сегодня случилось… много всего. Много новой информации. И у нас еще не было возможности во всем этом разобраться.
– Ну, мы знаем, что Оливия, мать ее, Стэнтон – это Икс, – фыркает Рэнсом. – Сюрпризец дня, я бы сказал.
В этом он прав. Все это время мы представляли себе некоего человека с хорошими связями, который сидит в тени и дергает за ниточки. Предполагали, что это был кто-то, кого мы знали лично, кто-то, кто был заинтересован в нашей жизни и знал, как надавить на наши слабые места.
Но мы никак не могли даже подумать, что этим человеком окажется бабушка Уиллоу.
– Есть ли шанс, что она блефовала? – спрашивает Вик. – Может, она солгала?
Я смотрю на него, понимая, что он спрашивает об этом, только чтобы досконально разобрать каждую деталь, однако все мы знаем ответ.
– Нет, – говорю я. – Она точно Икс. Слишком много знает. И если только она не кто-то еще более важный, чем Икс, перед кем он мог бы отчитываться, то тогда старуха сказала правду.
Вик кивает, его темные волосы блестят в свете ламп.
– Тогда она определенно не блефует. У нее есть возможность отправить Мэлиса обратно в тюрьму и, возможно, посадить всех нас, если она того пожелает. Мы понятия не имеем, насколько обширной может быть ее сеть, как в криминальном мире, так и в законной сфере, но нам известно, что она собирается пристально следить за Уиллоу. Она упоминала переезд к ней в дом?
Он адресует этот последний вопрос Уиллоу, а та качает головой и слегка выпрямляется, прислонившись к груди Рэнсома.
– Нет, – бормочет Уиллоу. – Но думаю, она захочет, чтобы я жила с Троем после того, как мы поженимся.
Последнее слово звучит горько, и это заставляет меня стиснуть челюсть, а руки неосознанно сжимаются в кулаки. Вик колеблется, и я вижу, что он тоже пытается осмыслить то, что она только что сказала. Затем он прочищает горло и отвечает:
– Ну, она явно предпринимает шаги, чтобы убедиться, что ты не сможешь сбежать, даже если пока она позволяет тебе оставаться одной. В любом случае, побег был бы опасен, и, как ты сказала, у Оливии есть ресурсы, чтобы выследить нас.
– Да ты просто лучик надежды во плоти, Вик, – бормочет Рэнсом, притягивая Уиллоу к себе. Он прижимается к ней, а она кладет голову ему на плечо, и они оба смотрят на Вика, чтобы понять, к чему тот клонит.
Мой близнец закатывает глаза, хотя в остальном выражение его лица почти не меняется.
– Я излагаю факты, – говорит он. – Мы должны знать, против чего сражаемся, если хотим разработать план.
– Логично, – бормочет Уиллоу. – Я не хочу что-то упустить из-за того, что мы… не изучили все факты.
Вик бросает взгляд на Рэнсома, и наш младший братишка гримасничает, но кивает. Дело в том, что места для маневра у нас маловато. Оливия Стэнтон – злобная сука, но она злобная сука со связями и ресурсами, о которых мы можем только мечтать.
– Мы могли бы просто убить ее, – бормочу я себе под нос.
– Нет, – тут же отвечает Уиллоу. – Она не такая, как Карл или другие люди, которых вы убрали. Ее смерть так просто не скроешь. Она видный член общества, и даже если люди в ее окружении такие же двуличные, как она, они будут задавать вопросы. Нельзя этого делать.
Я пожимаю плечами, еще сильнее съезжая на диване.
– Да я пошутил. В некотором роде.
– Никаких убийств, – соглашается Вик. – Но в том факте, что она Икс, может скрываться нечто, что мы сможем использовать в своих интересах.
– Ты про что? – спрашивает Рэнсом.
– Она угрожала использовать работу, которую мы выполняли для Икса, против нас, но, возможно, мы можем сделать то же самое с ней. Можно попытаться найти доказательства, которые свяжут Оливию со всеми преступлениями, которые она заставляла нас совершать.
– И потом выдать ее? – интересуется Уиллоу. – А разве вас это не разоблачит?
Вик качает головой.
– Нет. Мы не выдадим ее. Используем шантаж. Такие люди, как Оливия, дорожат своей репутацией больше всего на свете, поэтому мы пригрозим разоблачить ее, если она тебя не отпустит…
– Тогда, возможно, она согласится сделать это, не попытавшись нас поиметь, – заканчиваю я. – Неплохая идея.
– Как нам раздобыть необходимые доказательства? – спрашивает Рэнсом.
Вик переводит взгляд на Уиллоу.
– Ты единственная, у кого есть доступ в ее дом. Да и к ней в общем-то. Тебе придется найти способ проверить ее особняк, может, удастся что-то найти.
