И снова это чувство: тихий звон счастья в каждой клетке тела от того, что с этим мужчиной я четвертый день подряд засыпаю рядом. Занимаюсь с ним сексом, выхожу на ужины, разговариваю, целую. Что какая-то, пусть даже небольшая его часть принадлежит мне.
Кейн подходит к шезлонгу и, взяв полотенце, промакивает им лицо и начинает вытирать волосы. Завороженно смотрю как вода стекает по его торсу и ощущаю, как в животе разносится горячее покалывание. Казалось бы, частые занятия сексом должны утолить мою жажду, но они лишь, напротив, ее усугубляют.
— Завтра в десять мы вылетаем в Джерси. — говорит Кейн, опускаясь на шезлонг. — Если ты хочешь успеть купить сувениры, то сделай это сегодня.
— Почему в Джерси? — удивленно смотрю на него.
— Тайрон празднует юбилей. Я приглашен.
Эта новость вызывает во мне смешанные чувства: радость того, что я буду присутствовать на этом мероприятии в качестве спутницы Кейна и дискомфорт, что Алекса, которая, без сомнения, не пропустит день рождения собственного отца, вряд ли простила мне случай на яхте и будет совсем не рада меня видеть.
Напоминаю себе, что мнение чужих мне людей не должно иметь для меня большого значения, и с улыбкой киваю:
— Хорошо, что у меня еще одно платье, которое я не успела надеть.
Отбросив полотенце, Кейн берет со столика бутылку минералки и, сделав несколько глотков, отрицательно мотает головой.
— Это не подходит. В Джерси купишь себе новое.
Я не понимаю, чем плохо платье, которое я надевала лишь раз на благотворительный прием в Канзасе, но решаю не спорить. Я мало знакома с правилами общества, в котором вращается Кейн, но сделаю все, что в моих силах, чтобы он видел во мне достойную партнершу.
************
— Я хорошо выгляжу? — осторожно переступаю кожаными подошвами новых туфель по мягкому ворсу гостиничного ковра, давая Кейну оценить вид моих стараний: струящееся шелковое платье в пол с глубоким вырезом на спине, дымчатый макияж и гладкую укладку, ради которых я провела несколько часов в салоне. Я очень довольна результатом и сейчас испытываю эгоистичное желание увидеть ответную мужскую реакцию.
Несколько секунд Кейн изучает мой образ, после чего сдержанно кивает:
— Выглядишь очень хорошо.
Когда он обнимает мою талию, чтобы увлечь к выходной двери, я не удерживаюсь от дозы кокетства: встаю на носочки и шепчу ему в ухо:
— Думаю, ты хотел сказать, что я великолепна.
Кейн издает короткий смешок и, переместив ладонь мой локоть, подталкивает к выходу:
— И это ты еще не даже не выпила.
Я предполагала, что свой день рождения Тайрон Дауни будет справлять в каком-нибудь царственном месте, но оказалось, что мы едем к нему домой, от чего мое волнение усиливается стократно. Наверняка, это будет семейное застолье с родственниками и близкими друзьями.
Дом семьи Дауни выглядит ровно как я себе и представляла: особняк в колониальном стиле с предсказуемым атрибутом в виде фонтана в передней части двора. Основное торжество проходит на прилегающей к дому территории, где расставлены белоснежные шатры и столы с закусками.
— Кейн, сынок… — дружелюбная улыбка возникшего перед нами Тайрона Дауни меркнет, когда он замечает меня рядом с Кейном. Вне всякого сомнения, причиной такого перепада настроения являюсь я.
Впившись пальцами в шелк своей крошечной сумки, запрещаю себе поддаваться паническому дискомфорту и приветствую хозяина дома.
— С днем рождения, мистер Дауни. У вас прекрасный дом.
Не удостоив меня взглядом, мужчина переводит тяжелый взгляд на Кейна, который с завидным спокойствием смотрит на него, и отрывисто бросает:
— Кейн, отойдем на пару слов.
Я внутренне съеживаюсь от вызова в его голосе и пытаюсь отойти в сторону, чтобы не препятствовать разговору, однако, ладонь, плотнее сомкнувшаяся на моей талии, настаивает на обратном.
— Все что ты хотел сказать, Тайрон, можешь говорить при Эрике.
Глаза мужчины мечут гневные молнии, резко контрастируя со взглядом благодушного мецената, который я наблюдала на дне рождении Алексы, когда он поворачивается.
— Кажется, я говорил тебе, что это семейное торжество в узком кругу и посторонних я видеть не желаю. Откуда такое неуважение, Кейн? После всего, что я для тебя сделал?
Его слова больно хлещут по коже, вызывая желание провалится сквозь землю. Как я смогу находится здесь, зная что мое присутствие нежелательно? Меньше всего на свете я хочу, чтобы из-за меня Кейн ссорился с человеком, который ему помог. Хочется сбежать, и лишь твердое прикосновение ладони удерживает меня на месте.
— То есть ты рад меня видеть лишь при условии, что я буду один, Тайрон? — переспрашивает Кейн и мне остается только изумляться, как ему удается звучать настолько невозмутимо, пока меня трясет, а виновник торжества выглядит так, словно испытывает приступ удушья. — В таком случае мы можем уйти прямо сейчас.
От этих слов лицо мужчины покрывается пятнами, а в челюсть сжимается, после чего он, поправив и без того безукоризненный воротник рубашки, уже более спокойно произносит:
— Думаю, это лишнее. Разумеется, оставайтесь. Алекса ходит где-то среди гостей, и будет рада тебя видеть.
