Ник любовался, глядя на Брук, которая расхаживала по студии и внимательно рассматривала каждое полотно, обращаясь с ним как с произведением искусства. Окончив осмотр, она повернулась к Нику с довольной улыбкой.
– Никогда не смотрел на картины Арианы таким вот образом, – сказал Ник, закрывая двери студии. – Спасибо, что открыла глаза.
– О чем задумался? – собрав волосы в пучок, повернулась к нему Брук, когда они снова вошли в дом.
– Жалею, что так долго держал тебя на расстоянии.
– Что есть, то есть, – удивленно посмотрела на него Брук. – Но если по справедливости, со мной бывает нелегко.
– Это точно. Когда ты появлялась рядом со мной, мне было очень трудно собраться с мыслями.
– С чего это вдруг ты стал таким любезным? – В ее голосе звучало недоверие.
– Пока ты отдыхала, мне позвонил брат. Послезавтра я уезжаю в Шердану.
– Так скоро?
– Похоже, моя мать запланировала несколько мероприятий на следующей неделе и хочет видеть меня там. Потом состоится свадьба Габриэля и Оливии.
– Но я думала, что они уже поженились.
– Это так. На самом деле… – Ник посмотрел из окна на Киони, виднеющийся вдалеке. – Он привозил ее на Итаку для свадебной церемонии. Оливия ничего не подозревала. Это был сюрприз.
– Как романтично.
– И так не похоже на Габриэля. На этот раз он поставил свои желания выше нужд своей страны. Но он безумно любит Оливию и не смог бы прожить без нее ни дня.
Ник повернулся к Брук. Она стояла и задумчиво смотрела себе под ноги.
– Зачем же они женятся еще раз?
– Свадьба наследника престола – очень значимое событие, поэтому родители решили, что будет лучше провести еще одну церемонию и не лишать жителей страны этого праздника. Каждый вечер на протяжении всей недели будут даваться приемы и проводиться вечеринки во дворце и в других местах нашей столицы. Потом все завершится грандиозной свадьбой.
– Расскажи мне о королевских приемах во дворце, – улыбнулась Брук. – Тебе приходится танцевать?
– Только если я не могу избежать этой участи. Танцам учат всех принцев без исключения. Конечно, мне не сравниться с Габриэлем или Кристианом, но я, по крайней мере, больше не наступаю на ноги своих партнерш.
– После ужина мы с тобой потанцуем. И не спорь со мной. Я помню, как ты отказал мне несколько раз, сказав, что понятия не имеешь, как это делается.
– Неправда, – возразил Ник. – Я сказал тебе, что не танцую. Большая разница.
– Пустые отговорки.
– Ладно. – Ник понимал, что его ждет большое испытание: держать Брук в своих руках и двигаться с ней под медленную музыку будет нелегко. Хотя можно научить ее народному танцу Шерданы. Движения там более энергичные, и ему удастся избежать прикосновений к ее телу.
– И что у нас на ужин? Пахнет просто изумительно.
– Елена приготовила тушеное мясо ягненка и салат.
Брук подошла к плите и открыла крышку кастрюли.
– Даже не знаю, почему мне хочется есть после такого сытного обеда. Но я вдруг почувствовала, что я очень проголодалась, – простонала Брук.
Ник сжал челюсти. Он тоже проголодался, но его мысли были не о еде. Ник отправил Брук к холодильнику за салатом и принялся раскладывать мясо по тарелкам. Он старался не вспоминать лежащую под ним на кровати Брук с разметавшимися по подушке рыжими волосами и припухшими от жарких поцелуев губами.
– Тебе помочь?
Ник вручил ей миску и корзинку с хлебом, почти оттолкнув от себя.
– Мне нравится местный хлеб, – направилась к столу Брук. – А еще десерты. Я могла бы жить, питаясь только ими.
– Надеюсь, тебе придется по вкусу тушеное мясо. Елена отлично готовит.
– Не сомневаюсь.
Помощница по хозяйству накрыла стол заранее, так что им осталось только сесть за стол и насладиться едой. К тому времени, как они покончили с ужином, тень от вечернего солнечного света на выложенном мозаикой полу переместилась почти на целый метр. Брук, следуя примеру Ника, оторвала кусочек свежеиспеченного хлеба и окунула его в мис ку с тушеным мясом. Ник сбился со счета, подсчитывая, сколько раз ее язычок слизывал крошки с губ или капли соуса с уголков рта.
На десерт Елена приготовила пахлаву с медом и орехами. Ник не мог дождаться, чтобы посмотреть, как Брук будет облизывать липкий мед со своих пальцев.
И она его не разочаровала.
– Почему ты улыбаешься?
– Пытаюсь вспомнить, когда в последний раз пахлава доставляла мне такое удовольствие.
– Но ты не съел ни одного кусочка.
Ник представил, как капает медом на ее нежную кожу, а потом слизывает эти капли. На коже Брук вкуснейший греческий мед был бы по-настоящему райским наслаждением. Страсть, которую Ник едва сдерживал за ужином, теперь рвалась наружу. Он откинулся в кресле, слишком хорошо чувствуя, какими тесными стали его брюки. Желание когтями рвало его изнутри.
– Ты получила удовольствие, которого хватит для нас двоих.
– Было вкусно. – Брук отрезала еще один кусочек пахлавы и протянула ему. – Ты уверен, что не хочешь?
Сам по себе вопрос был безобидным, но в глазах Брук плясали огоньки. Избегая ее взгляда, Ник отрицательно покачал головой.
– Мне доставляет удовольствие то, как ты пытаешься соблазнить меня, но, боюсь, мои намерения насчет тебя остались неизменными.
